Дождавшись, пока соберутся все аристо, он начал:

— Господа и дамы! Я с огромным удовольствием приветствую вас сегодня, на торжественном балу в честь празднования Дня Города Владивостока! — все зааплодировали. — И начать торжество я предлагаю с важного объявления наград, которые я хочу вручить нескольким героям нашего города!

Чутьё пробудилось. Что-то здесь было не очень хорошо…

— Я вот-вот назову три имени, и, заранее прошу вас, господа носители, выйти для получения почётной награды, — к нему подошли три фигуристые девушки, держащие на руках перед собой бархатные подушечки с медалями.

Весь зал стих, в ожидании заветных имён.

— За блистательное руководство операцией по уничтожению пиратов и ликвидации чудовищ, прорвавшихся из Изнанки и мешавших торговле! Адмирал Тихоокеанского флота — граф Владислав Михайлович Косаткин, прошу, примите награду от лица нашего города!

Чудовищ из Изнанки? Это он о мегалодонах? Пф! Скрывает правду.

Зал утонул в хлопках, а на каждом лице всплыла улыбка. Большинство, правда, откровенно натянутые.

Из дальней части круга, где находились самые влиятельные аристократы Владивостока, вышел адмирал Косаткин в белом парадном мундире с золотыми эполетами.

Он был совершенно хладнокровен на вид. Его глаза не выражали ни радости, ни интереса, только бдительность.

Косаткин подошёл к губернатору, который толстыми пальцами ловко прицепил к его мундиру позолоченную звезду в цветах имперского флага. После награждения, Косаткин встал рядом с губернатором.

На миг я проверил его Истинным Виденьем. Аура у него была не простая, а усиленная какими-то защитными техниками или артефактами. Он был готов к тому, что на него могут снова напасть.

— За мастерское проведение наземной операции в лагерях пиратов, спасению российских и иностранных заложников. Командир частной военной компании «Тайга» — княжич Виталий Андреевич Амурский! — точно такой же гвалт аплодисментов и улыбки. Причём, искренних было побольше.

Виталий тоже был одет как подобает. В мундире, с двумя яркими гербами на груди. Один — герб «Тайги», другой — герб рода «Амурских». Оба с тиграми, но в первом случае тот бросался в атаку, а во втором — величественно шагал вперёд.

Виталий так же вышел из наиболее влиятельной части зала. Он был невесел. Только не от бдительности, а от глубокой задумчивости.

Получив награду, он встал рядом с адмиралом. Они едва заметно шевельнули губами — перекинулись парой слов.

А губернатор отвернулся от дальней части зала и повернулся вбок, прямо туда, где стоял я. Вместе с мелкими баронами, разорёнными аристократами, третьими и далее сыновьями, да такими же как я бастардами, принятыми в род.