Продолжила скользящие движения более уверенно, опьяненная маленькой властью. Оставила поцелуй на кадыке, опускаясь ниже.
Тихий хриплый выдох стрелой попал в низ живота. Сомнения, которых, впрочем, и не было — остались за пределами душа.
Джул опустилась на колени. С этого ракурса член казался не просто большим, а огромным.
"Наверно стоило потренироваться на банане".
Решимость Джул и ее сияющий желанием взгляд уже почти оргазм.
"И похуй, что не умеет. Делает она и этого достаточно".
Он терпеливо направлял ее, учил, подсказывал. Наполнялся ощущениями, которых прежде не было.
Губы плотно обхватывали член, вбирая неглубоко. Насколько получалось.
Пару раз случайно зацепила зубами. Короткое тихое шипение, смешанное с шелестящим шумом воды.
— Малышка,он любит нежно, — произнес тихо, спокойно, с улыбкой, расслабляя Джул.
Приоткрытые губы на тонкой коже проложили полосу к основанию. Обратно.
Слизнула выступившую капельку смазки, смотря на него снизу кристально-голубыми глазами.
— Охуительно, — прохрипел Мэлл.
Довольная улыбка мелькнула на ее губах, головка члена вновь скрылась во рту.
Глухой стон потревожил пространство, подстегивая Джул. Помогая себе руками, ускорилась, сама возбуждаясь. Снова. От скользящих движений по небу. От проникающихочень глубоко хрипов Мэлла.
Нарастающая пульсация, напряжение. Эйфория и наслаждение от удовольствия, котороеона ему доставила.
Вязкая сперма растеклась по языку, оставляя горьковатый терпкий привкус. Сглотнула, не чувствуя отвращения.
Никогда не думала, что сделает это. Даже допускать как вероятность было противно.
Не в этом случае.
Поднялась под пристальным взглядом. Из приоткрытых губ Мэлла вырывалось неслышное частое дыхание.
Она совершенно точно сводила его с ума.
Дернул за талию на себя, прижимая к мокрому телу. Мягко, уверенно оттянул волосы, запрокидывая ее голову.
Смял губы, настойчиво врываясь в рот. Чувствуя собственный вкус. Делясь эмоциями. Чувствами.
Без лишних слов. Все и так понятно.
Джул с мечтательной улыбкой повисла на его шее.
— Мы точно опоздали на первую пару.
— Какая жалость, — хмыкнул Мэлл, поглаживая упругое полушарие ягодицы. — Можем каждый деньтак начинать.
От такой перспективы внутри что-то восторженно запело, но разум не спал.
— Тогда меня отчислят, — засмеялась Джул.
Мэлл вышел из душа. Подал ей полотенце, взял свое.
Вытираться перед ним почти так же волнующе, как позволить ему себя мыть. Он не отворачивался, провожая каждое ее движение. Подогревая неловкость.
— Ты не думал, почему я убегала от себя? Во сне.
Она надеялась отвлечь его вопросом, чтобы перестал неусыпно за ней наблюдать, но что-то пошло не так. Мэлл вытирал шею, слегка наклоняя голову вправо… влево… с куда более пронзительным взглядом.