— Рекомендую посетить лекаря с жалобой на слух. Я тебе четко сказал: выбери другую. Либо похищай человека со всеми вытекающими последствиями.
Губы Томмиерса сжались в тонкую линию от бессильного гнева.
— Ты выставляешь себя и своего отца ненадежными партнерами. На рынке достаточно других конвейеров, я ославлю вас и оставлю без клиентов.
Он говорил с напускным, тошнотворно показушным превосходством, прикрытым надменностью.
"Ты выбрал самое неудачное время для попыток на меня надавить".
Крысеныш с видом победителя отхлебнул из бокала, делая вид, что заинтересовался картиной на стене.
Сеть облегченного кристалла удушения сформировалась за мгновение. Пустил кристалл по адресу, щедро заполнив пустой бокал почти до краев. Кристаллическая сетка опутала тело, активируясь.
Наблюдал за льющейся янтарной жидкостью, слыша на фоне сиплые хрипы.
Не сдохнет. Не с этой целью кристалл сделан.
Легким движением подхватил бокал, направляясь к Томмиерсу. Он метался из стороны в сторону с распахнутым в ужасе ртом, пытаясь словить кислород, что-то сказать. Пальцы впились в свою же шею, рефлекторно пытаясь сорвать удавку. А ее нет. Поступление кислорода блокируется кристаллом изнутри, постепенно отключая легкие. В данном случае неполностью.
Полные страха глаза впились в Мэлла, а он впервые за последние полчаса почувствовал легкое облегчение.
Заебался. В самом деле.
— Понял, родной, что я могу с тобой сделать? — поинтересовался мягко, крепко сжимая плечо.
Рот беззвучно двигался, как у рыбки, раскрытый на максимум своих возможностей.
— Мне похуй сколько у тебя денег, какое положение занимаешь, кому ты даешь и кого ебешь, — выпустил дым в сторону окна. Погода хорошая. Солнечная. — Начнешь выебываться, создавать проблемы, и я их решу.
Улыбнулся широко, открыто, обнажая зубы.
— По-своему. Мои методы тебя не вдохновят, но, видишь ли, на это мне тоже похуй.
Развеял кристалл. Кабинет моментально наполнился истеричными вдохами. Томмиерс, пошатываясь, рухнул на диван, продолжая ощупывать шею и таращиться в пространство.
"Говорят, вся жизнь перед глазами проносится. Ну, хуй знает. Никто еще не рассказывал".
Похлопал его, безвольно валяющегося, по плечу, проходя к выходу.
— Брэдфорд сейчас вернется. Определяйся: выбираешь другую или идешь на хуй.
Захлопнул дверь и осекся. На кресле секретарши покачивался отец.
"Встреча у него. Важная".
Усмехнулся, затягиваясь.
— Куча дерьма у тебя на диване, — бросил, направляясь к двери.
Выйти не успел, остановленный с недовольством.
— Из-за какой-то бабы подставляешь весь бизнес!