Тоби Турк: Это не арест, а вынужденная мера. Если бы ты не был ленивой задницей, не жил бы под охраной роботов.

Дмитрий Киршбаум: Ладно. Но я не писал никакого письма. Как бы я его отправил, странный ты человек? Почтовыми немертинами? Ты мне даже Locushost отрубил. Одна эта вшивая беседа и осталась.

Тоби Турк: Юнь Джинг наняла некоего Павла Рейнеке для расследования.

Дмитрий Киршбаум: Господи. А мне какое дело? Наняла и наняла.

Тоби Турк: Этот Павел начал расспрашивать ближайших конкурентов Юнь. Скоро выйдет на Алису Райскую. Готовься отказать ему в беседе так, чтобы не вызвать подозрений.

Дмитрий Киршбаум: ОК.

Тоби Турк: Постарайся не материться при разговоре с ним. Алиса Райская не использует бранный лексикон.

Дмитрий Киршбаум: Пох. Но ОК.

Тоби Турк: Но если я узнаю, что ты угрожал Юнь Джинг, то не рассчитывай на моё понимание. Не превращай литературу в Стальную Арену.

Дмитрий Киршбаум: ОК. Пох.

Дмитрий Киршбаум вышел из беседы.

Делая снимки беседы, Павел подумал:

«А как этот Тоби из Локус-Лита узнал обо мне? Наверное, Тимур Хиджамудинов насвистел».

Уши Павла уловили лёгкий шорох… с таким ведут ладонью по ребристому прикладу шотгана. Он прыгнул — вслед за прыжком раздался выстрел. Взрывная картечь смела со стола книги и коробки дорогих сигар. К сожалению, мебель помешала Павлу отскочить от второго выстрела. Он пришёлся ему в спину, разнося рюкзак УниКома.

Обмотанный тряпками Большой Брат вывалился на пол, вместе с коробками патронов.

Кое-как добравшись до тумбы со странным музыкальным устройством, Павел спрятался за него, снял с плеча автомат и крикнул:

— Значит, так ты встречаешь поклонников своего творчества, Алиса-Дмитрий Райская-Киршбаум?

Новых выстрелов не последовало. Вместо этого раздался женский голос:

— Выйди, чтобы я тебя нормально убил. Этот проигрыватель стоит больше тебя!

— Проигрыватель, говоришь? — Павел поднялся с пола и приставил ствол автомата к проигрывателю. — Если не хочешь, чтобы он получил непредусмотренные дизайном дырки, положи шотган на пол и пни его ко мне.

— Иди ты нах.

— Ай-яй-яй, а ведь Тоби Турк просил не выражаться при встрече со мной. Алиса Райская — не ругается.

— Ах, ты, гондон!

— Алиса… То есть, Димон, я не собираюсь тебя убивать.

— А я тебя собираюсь. Высунь уши — я их отстрелю.

В этот момент музыка закончилась, а чёрный диск на проигрывателе перестал вертеться. Рычаг, который располагался сверху, с щелчком оторвался от поверхности диска и поднялся.

Это случилось неожиданно для Павла — он рефлекторно выстрелил. Но всё-таки успел отвести ствол от драгоценного аппарата. Росчерк плазмы ударил в книжный шкаф, взметая ошмётки горящего пластика и оставляя в ряду книжных корешков оплавленную дырку.