После посещения столицы у меня остались смешанные ощущения. С одной стороны, я увидел готовящийся к олимпиаде город и остался этим вполне доволен. Помог деду Анастасии излечить недуг и, наконец, встретился с патологоанатомом Кацем — очень странным персонажем, от которого узнал, кто мой тёмный враг.

С другой стороны, я понял: добраться до личного секретаря товарища Черненко будет чрезвычайно трудно. Тёмный уже почувствовал моё приближение. Скорее всего, самим своим появлением в сфере его влияния я разворошил осиное гнездо. Теперь придётся быть настороже и ждать непрошеных гостей в только зарождающейся сфере моего влияния.

Чем ближе я подъезжал к повороту на трассе, ведущему к ставшему родным посёлку, тем сильнее нарастало беспокойство. Я ещё не знал, что именно случилось, но чувствовал: за время моего отсутствия там произошло нечто нехорошее. Смутная тревога одолевала меня ещё в Москве, но с каждым километром она становилась всё ощутимее.

Первые визуальные признаки появились в посёлке. Проезжая мимо сельсовета, я увидел, как от него отъезжает грузовик Степана с кузовом, полностью набитым колхозниками. Около сельского клуба, вопреки тому, что сейчас должен был заканчиваться вечерний киносеанс, не наблюдалось никакого скопления людей, а на дверях висело объявление, об отмене сеанса.

Я подавил желание остановиться и узнать, что случилось, прибавил газу и рванул к дому Матрёны. Ещё на подъезде заметил стоящие у холма машины: «Волгу» директора лесхоза, «Урал» с коляской участкового Панфилова и «УАЗ» председателя Жукова. В вечернее время у дома знахарки их могла собрать только беда.

Заглушив «Рафик», я зашёл во двор и увидел следующую картину. Под раскидистой яблоней стояла незнакомая женщина и навзрыд плакала. У крыльца собрались Матрёна, председатель Жуков, участковый, Машка, Рыжий — личный водитель директрисы лесхоза, главный инженер из той же организации и худой мужичок, которого мы недавно с Матрёной закодировали во время визита в контору лесхоза.

Заметив моё появление, знахарка облегчённо выдохнула, прервала уговоры, которыми её донимали визитёры из лесхоза, и направилась ко мне. Я успел поймать несколько чужих мыслей и уже понял, что кто-то пропал.

— Лёшка, как же ты вовремя вернулся! — шепнула она и потянула меня за рукав в сторону каменной комнаты с печкой, под жилым домом.

— Матрёна Ивановна, что случилось?

— Вчера в лесхозе пропали двое детей. А около часа назад их родители приехали ко мне, и теперь слёзно просят помочь их отыскать, — сообщила знахарка, заведя меня внутрь недавно протопленного каменного мешка.