Совсем не жалеют.

«Ну, все одно к одному получилось, — говорю я себе, спускаясь к подрубленному дереву и достаю топор. — Они сделали свой выбор и тоже должны погибнуть, чтобы жили мы».

— Терек, давайте наверх, пора уже встречать гостей!

Ксита и Терек быстро пробегают мимо меня, торопясь занять свои позиции.

С другой стороны холма едет повозка крестьянская через поле, но проехать ей уже не получится здесь. Да сам возница услышит замятню на холме, крики умирающих и все прочее, поэтому повернет лошадь через поле и рванет обратно.

Через две минуты Терек подает мне сигнал взмахом руки, значит — конная колонна уже заехала в узкость холма, пора валить дерево. Два мощных удара, уже немного наклонившийся в нужную сторону ствол валится наискосок, закрывая в настоящий замок проезд. Он не толстый сам по себе, но его комель находится на низком месте и его никак на лошади не объехать, в крона крепко встала между камней на той стороне. Тоже оттащить по-быстрому не получится.

Сразу же после моего первого удара начинают стучать арбалеты Терека и луки наших боевых подруг. Вскоре я слышу крики подстреленных воинов и сначала выскакиваю перед деревом на дорогу, но потом прячусь за его кроной.

Повозка с крестьянином уже встала в полусотне метров от меня, тот пытается ругаться за явное хулиганство, но разглядев поднятые с земли арбалеты, срочно начинает ее разворачивать обратно. Понял, что здесь не простое хулиганство творится, а самое такое изощренное, с душегубством непременным. Что чужие разбойники устроили засаду на кого-то.

«Ага, четверо разбойников на целый десяток настоящих дружинников с парой лесных охотников! — печально усмехаюсь я. — Со стороны так явно самоубийственная идея, иначе и не скажешь!»

Самый хитрые всадники из погони, собирающиеся уйти из-под обстрела и объехать засаду сзади, тут же выскакивают на меня из-за поворота и очень нехотя стопорятся. Но по инерции подъезжают к лежащему стволу, вертят головами, ища место, где его объехать.

«Не получится объехать, так спрыгнут с лошадей и начнут карабкаться по склону, заходя со спины к нашим», — сразу понимаю я.

Тут же просовываю руку с арбалетом под одной веткой и стреляю в упор в бедро первого воина. У него до пояса спускается кольчуга, довольно крепкая на вид, а я не хочу рисковать, поэтому сразу добавляю ему по сознанию, чтобы упал там, где сидит сейчас на лошади и под ногами вообще не мешался.

Второй воин, крепкий бородатый мужик сурового вида в стандартном местном шлеме в виде плоской миски, слышит треск тетивы, вскрик подстреленного, замечает меня, соскакивает стремительно с лошади в мою сторону, умело размахивая мечом.