— Ты прав — согласился танк — Эта бесконечная погоня меня уже доконала. Ни поесть, ни поспать, ни хотя бы просто полежать перед теликом. Честно говоря, я уже сильно скучаю по тем временам в нашей башне. Разумеется, мы всю дорогу выполняли те мерзкие квесты и без конца убирали дерьмо, но даже тогда был хоть какой-то намек на нормальную жизнь.

Я глубоко зевнул, в попытке избавиться от заложенности в ушах.

— Тогда закрывай дверь и пошли. Уверен, в скором времени мы найдем себе обитель в тысячу раз лучше.

— Было бы славно.

Бум! Щелк!

Завывания ветра прекратились.

* * *

«Каратель» Инквизитора парил всего в десяти километрах от тайного ангара Аполло Кэрту.

Замаскированный в центре облака, он отбрасывал на землю мрачную тень, от чего снизу могло показаться, что мимо проплывает грозовая туча. Такая, при взгляде на которую возникало стойкое ощущение, что концентрация водяного пара вот-вот преодолеет пороговое значение, и на землю прольются тонны осадков вместе с громом и молниями. Но не судьба. Единственное, что мог сбросить на землю «Каратель» — смерть и огонь в виде сотен бомб и разнокалиберных боевых снарядов.

Придерживаясь за позолоченные перила, помощник Инквизитора поднялся на верхнюю палубу, затем прошел мимо дюжины охранных печатей и остановился напротив двери каюты.

Тук-тук!

— О, Нимус, входи — послышался голос.

Помощник шагнул внутрь. При этом он неизменно почувствовал себя не в своей тарелке. Золото, шелка, картины, инкрустированные бриллиантами подсвечники, витрины с артефактами, мебель из голубых рогов аль-каркадана и даже полноценный алтарь Фемиды со статуей из белого мрамора. Запредельное обилие роскоши, по уровню аляпистости и безвкусицы граничащее разве что с личными покоями султана Аламара Аль-Шакти. Те же подносы с редчайшими в мире деликатесами и перламутровой икрой, те же драгоценные вазы с тропическими фруктами, разносящими по каюте сладковато-приторный аромат.

Разумеется, все это королевское убранство никак не сочеталось со скромным внешним обликом главного имперского экзекутора, однако оно приоткрывало завесу над его истинными мотивами — нескончаемой тягой к богатству и власти. Нечто сродни болезни.

К слову, Инквизитор сам это понимал, однако пойти против собственной сути никак не мог. Да и поздно меняться. От чего он, словно пугливый дракон, неустанно копил сокровища, а затем, бесконечно озираясь по сторонам, прятал их по многочисленным тайникам и пещерам.

Хорошо быть палачом. Перед смертью истязаемые всегда охотно делятся информацией о том, где у них что лежит.