— У нас мало времени — ответил я — Нужно срочно отстроить город и укрепить оборону. Мы не можем себе позволить продолжать и дальше воевать с дикими племенами. Как и пытаться прогнать их со своих территорий. Я соврал, потому что решил, что это поможет народам объединиться. Хотя бы временно.

— Не уверен, что ты поступил правильно.

— Я тоже. Но, с другой стороны, ты бы мог вмешаться и помочь советом. Вместо того чтобы попросту стоять в стороне и наблюдать.

— За это скажи спасибо Гундахару — мрачно ответил Август — Лично я настаивал на том, чтобы связать тебя и поместить в изолятор до выяснения причин. Однако генерал настоял, чтобы мы дали тебе второй шанс. Сказал, что если мы этого не сделаем, то он сложит с себя полномочия верховного главнокомандующего и не будет тренировать наших людей. Тоже мне, неупокоенный шантажист. Говорит, ты должен не сдерживать ярость, а научиться её контролировать.

Я повернул голову в сторону игва.

В отличие от остальных тот по-прежнему сидел в отдалении и спокойно перебирал пальцами Затива. Полагаю, он был единственным, кого моё кровавое представление не впечатлило.

— Быть может, он прав. Я бы очень хотел, чтобы так и было. Но блин, Влад, что же ты натворил? Я еще ни разу не видел, чтобы с кем-либо обходились настолько жестоко. Тот ком из зубов и ногтей по-прежнему валяется посреди леса.

— Что верно, то верно. Жуткое зрелище.

Я перевел взгляд на Гласа.

— Всё настолько плохо?

— Кто ж его знает? — пожал плечами шаман — Как клановый пресс-секретарь и твой личный пиар-менеджер, могу с уверенностью заявить, что твоя Тарантиновская сцена насилия может обернуться для Вергилия большим геморроем. Начиная от банального страха и заканчивая шепотом в кулуарах о твоей профнепригодности. Или того хуже — о профнепригодности Августа. Раз он назначил своим заместителем человека, что, по сути, является бомбой замедленного действия и представляет опасность. Хотя… пожалуй, у меня есть пара идей, как можно извлечь из этого пользу.

— Расскажешь?

— Ну, это будет непросто. Видишь ли, большинство наивно полагают, что хороший лидер должен решать все вопросы «Sine ire et studio» — «без гнева и пристрастия». И они не любят, когда тот начинает декларировать политику нулевой терпимости и разрывает тысячи орков на части. Снова и снова.

— Да. Это очевидно.

— Но, с другой стороны, в военное время людям, наоборот, нужна сильная рука. Защитник и опора. Тот, кто не побоится пустить кровь, чтобы обеспечить их безопасность. Пусть даже оно и выходит за рамки. Полагаю, именно на это и стоит сделать упор. Правда, это не отменяет куда более глобальной проблемы. Своим-то мы объясним, но вот если оно окажется в публичном доступе…