Призадумавшись, танк выстрелил «крюк-кошкой» и резко рванул цепь на себя, выломав не только порог, но и весь дверной косяк целиком.

Видимо, он полагал, что тот окажет ему должное сопротивление и так просто не сдастся, от чего переборщил с применением силы и, потеряв равновесие, пошлепал по воде назад, врезавшись спиной в Гласа.

— Черт, Герман! — шаман ухнул вперед и впечатался лицом в толстый слой ила. Затем поднял сморщенную морду и выплюнул набившийся в глотку грязевой ком — Накачанный неуклюжий шкаф!

— Упс. Прости.

Танк подошел к распластанному на полу другу.

— Салфетку мне! Живо! Нет, полотенце!

— Моё?

— Да, твоё! Ты в этом виноват!

— Так я им задницу вытираю.

— А мне пофиг! Быстро дай сюда! И бутылку воды. Мне эта жижа в глаза попала. Даже зажмуриться не успел.

— Ладно, сейчас.

Материализовав в руке полотенце, Герман склонился над Эстиром и, словно заботливая мамуля, принялся оттирать того от грязи.

Тем временем я стоял, удерживая в воздухе так и не рухнувшие на пол массивные створки.

Благодаря заданию на болотах, я прокачал «Телекинетический удар» до легендарного ранга и, помимо сопутствующего усиления, также получил к заклинанию две модификации. Одной из которых стал «Управляемый телекинез».

Как оказалось, это была чертовки любопытная штука. Не грубый всплеск силы, способный двигаться лишь по прямой траектории, а возможность полноценно перемещать предметы в трехмерном пространстве. Вверх — вниз, вправо — влево, вперед — назад.

Бум!

Я вышвырнул створки на улицу. Затем повысил расход маны, собрал с пола всю жижу и грязь и отправил её туда же. В виде большой мутной капли, что, словно снаряд, пролетела через дорогу, пробила стену здания напротив и расплескалась внутри. После чего здание и вовсе сложилось вовнутрь. Видимо, та стена была последним оплотом на пути к обрушению.

Я покосился на чуть обожженные ладони.

Признаю, с переходом в категорию легендарной, старая способность неожиданно заиграла новыми красками. Вновь подарила мне радость открытия и восхищение развернувшимися перспективами, ибо швырять и двигать предметы в сотню раз круче, чем тупо добить телекинезом аки молотом.

— Читер — хмыкнул Герман.

— А ты не отвлекайся! Лей, лей. Да побольше. Мне еще усы отмыть надо — проворчал Глас — Как вернемся в крепость, будешь стирать мои вещи.

— Я?

— А кто? Ведь это из-за тебя я свалился в эту клоаку.

— Вот не звезди. Ты еще утром упал. Когда Гундахар тебя столкнул со стены.

— Так у него день рождения.

— И что?

— А то. Кто-то же должен понести ответственность?

— Ты сам-то уверен, что этого хочешь? Нежная ткань, грубые руки. Того и глядишь пара швов разойдутся. Или пуговица нечаянно оторвётся.