Генерал выбил у Эстира из рук бутылку шампанского и подошел к Герману вплотную нос к носу.

—Чья это была идея? А? Уж точно не твоя. Ты для этого слишком тупой.

— Моя — я вышел вперед.

—Так я и думал…

Неожиданно Гундахар бросился в мою сторону. Затем схватил меня за грудки и со всей дури впечатал в колонну. Да так сильно, что та пошла глубокими трещинами и принялась осыпаться мраморной крошкой.

По спине и затылку побежала кровь, а интерфейс NS-Eye замигал оповещениями об уроне.

— Эй! — Герман шагнул вперед, но практически тотчас же отступил назад. Увидел, что я показал ему ладонью: «не надо».

—Какого черта ты суешь свой поганый нос не в своё дело? — прошипел игв мне в лицо —Тогда в Затолисе я поделился с тобой личным. Сокровенным. Думал, мы друг друга поняли. Но что вместо этого делаешь ты? Треплешься о моей жизни на каждом углу как двуличная мразь?!

— Мир и так прекрасно знает о той печальной истории — ответил я — Я подумал, что смена названия может стать новым началом. Подарит надежду.

—НАДЕЖДУ?!

Генерал снова ударил меня головой о колонну. Затем воткнул под ребра дуло «урканобоя» и заглянул в глаза.

Признаться честно, в это самое мгновение мне стало жутко, ибо в его взгляде темнело отчаяние человека, доведенного до крайности.

Я вдруг понял, что выбор подарка был колоссальной ошибкой. Я хотел сделать для него доброе дело, но в итоге, наоборот, разочаровал и обидел.

—Я расскажу тебе о ваших надеждах, Вайоми. Через полгода город падет. Вы можете тешить себя иллюзиями, строить планы, искать союзников. Радоваться тому, что на вашей стороне вечно пьяный архангел и червь-переросток, но шансов на победу у вас нет. Никаких. Если Пантеон вступит в бой, а он вступит, то Эанна будет полностью уничтожена. Поэтому то, что ты сделал — не более чем издевательство и подлый удар в спину!

— Это не так.

—Проклятье! Тебе одного раза было мало?! Хочешь забрать её у меня снова, только на этот раз в виде образа?! Придумал хитрый способ унизить меня?! А? ВАЙОМИ?

— Я — не он, генерал. Я твой друг. А друзья так не поступают. Не делают подлостей.

—Ты мне не друг. Вы мне не друзья. Советую помнить об этом. Тупые подонки.

Гундахар отбросил меня в сторону и направился к выходу.

Я медленно встал.

— С тобой или без, но город выстоит. А затем я сделаю всё возможное, чтобы та, чьим именем он был назван, смогла прогуляться по его улочкам наяву. Своими ногами.

—Пошел ты.

Игв вышел на улицу.

В комнате воцарилось гробовое молчание.

— Мда, ну и дерьмо… — протянул Мозес — Надо же было так лохануться.

— И не говори — кивнул Глас — Странно, что бабуля проглядела его реакцию. Говорила, что ему понравится. Растрогает до глубины души. Ан нет.