—У-у-у, сука… до чего же не вовремя…

* * *

Гундахар снова оказался прав.

У границ Искариота мы победили благодаря хитрой тактике и стратегии. Как и невозможности обойти нашу армию с фланга и напасть со спины.

Но в этом бою всё было иначе.

Мы были на чужой территории. И при этом полностью не готовые к сражению.

Враги побеждали.

Убивая воинов Вергилия одного за другим, они медленно теснили нас обратно к воде, стараясь всеми возможными способами лишить нас любого преимущества.

И, пожалуй, у них это получалось. Мы были расположены ниже, а наши ноги утопали по щиколотку в скользкой грязи, от чего мы то и дело спотыкались и падали.

Монстров и прочих болотных тварей практически не осталось. Да и те уже давно перестали быть главной проблемой.

На их место пришли сильные, опытные и, главное, разумные противники, чьи взмахи топоров и мечей заставляли наше войско буквально таять на глазах.

Триста человек. Двести. Сто. Пятьдесят. Тридцать.

Яростно обороняясь, я разрубил надвое очередного клыкастого урода и осмотрелся по сторонам.

Локо убит. Мозес и Илай тоже. Герман тяжело ранен и из последних сил отбивается от дюжины наседающих на него орков. Глас, к удивлению, всё еще умудряется успешно лавировать промеж рассекающих воздух клинков и толкающихся мускулистых тел, однако и тут удача вот-вот повернется к нему задницей.

Мои друзья умирали и, к сожалению, я ничего не мог с этим поделать. Стихиалиума и инвольтационных батарей не осталось. Лишь крохи маны, масштабируемый клинок и навыки фехтования.

В порыве отчаяния я истратил на удар молнией последние запасы энергии, после чего оголтело бросился на врагов, размахивая Стихиалиевым Фальшионом.

Я успел уничтожить, по меньшей мере, еще пять-шесть противников, прежде чем тяжелый тупой удар обрушился мне на затылок.

Мир погрузился во тьму.

* * *

— Просыпайся, урод.

Жесточайший удар ногой в живот заставил меня прийти в себя и тут же зайтись в приступе кашля.

Мы были всё там же. На залитом кровью берегу гнилого болота, сплошь усеянного трупами.

Бой закончился. И, к сожалению, не в нашу пользу.

Каждый из уцелевших членов Вергилия был либо связан, либо повален в грязь и придавлен сверху тяжелыми сапогами.

Остальные были хаотично разбросаны по округе и валялись переломанными куклами с темнеющими багровыми пятнами на месте срезанных скальпов и ушей.

Был схвачен Герман, был схвачен Глас и даже Гундахар, что в отличие от остальных понимал предстоящий расклад и держался спокойно, сдавленный под грузом навешанных на него пудовых цепей.

— Встать! — послышался грозный рык.