Истязатель подошел к Герману и нанес ему сокрушительный удар кулаком в лицо со сжатым в ладони кинжалом.
Танк зашипел от боли, но удар выдержал.
— У вас ровно день. Не уберетесь — познаете, что такое насилие. Крепость Вергилия будет купаться в крови. Мы вас убьём и ограбим. А ваши уродливые самки станут грязными орочьими шлюхами. Будут мыть наши вонючие ноги, стирать нашу потную окровавленную одежду, а по ночам… — орк плотоядно улыбнулся, обнажив ряд искусственно заостренных зубов — Ты меня понял, щенок?!
Я почувствовал, как ненависть к этому клыкастому подонку начала поглощать меня с головой.
Да, нам точно не договориться. Более того, я и не хочу.
Триньк!
<Влад, я в курсе текущей ситуации. Собрал всех кто остался и двигаюсь к вам. Держитесь> — Август Тарн.
Я злобно оскалился кровавой улыбкой.
— Лишь один из присутствующих может безнаказанно называть меня щенком. И это не ты.
— Что ж, вижу, урок ты не усвоил… — орк занес руку с кинжалом над головой и с притворным сочувствием обратил взор на Германа — Прощай, здоровяк.
— СТОЙ! НЕТ! — успел испуганно проорать я, прежде чем отливающий божественной сталью клинок с силой обрушился на череп друга.
Вспышка!
* * *
Время остановилось. Буквально.
Скованный ужасом за судьбу лучшего друга я стоял, не в силах сдвинуться с места, в то время как весь окружающий мир оказался будто бы в стазисе. Он полностью замер, погрузившись в пугающую тишину, словно все животные, монстры и люди разом вымерли.
Вокруг не происходило ничего. Никаких криков, никакого движения, ни единого порыва ветра и всплеска воды.
Не понимая, что происходит, я видел, как искрящееся в лучах солнца лезвие кинжала зависло в сантиметре от головы Германа. Видел, как орки и люди Вергилия застыли, превратившись в нелепые изваяния. Как вынырнувший из воды кроколиск так и остался торчать над поверхностью с широко распахнутой пастью.
«Что это? Что происходит? Как такое вообще возможно?»
Хлоп.
Хлоп.
Хлоп.
Это были аплодисменты. Медленные, но громкие.
Неожиданно из толпы вышел человек. Белоснежный костюм, усталый вид и линии черных геометрических татуировок на шее, тянущиеся ниже, к груди.
— Да уж, братец. Ну ты даешь — улыбнулся Окрус — Так стойко держаться и под конец совершить роковую ошибку. Огрызаться тому, кто волен распоряжаться вашей судьбой. Глупо.
Человек подошел к «статуям» Истязателя и Германа.
Я молчал.
— Знаешь, я тут со скуки изучал вашу культуру — продолжил Окрус — И больше всего мне понравились фильмы. Смотрел «Бегущий по лезвию»?
Брат заглянул в глаза Герману.
— «Я видел такое, что вам, людям, и не снилось. Атакующие корабли, пылающие над Орионом. Лучи Си, разрезающие мрак у ворот Тангейзера. Все эти мгновения затеряются во времени. Как слезы… в дожде» — стихиалий повернул голову в мою сторону и таинственно улыбнулся — Что же он сказал дальше, не помнишь? Кажется, «не время умирать»?