— Не преувеличивай. Я всего лишь попросил тебя быть серьезнее. Самую малость. Неужели так сложно?

— Когда я пьян, то все мои способности получают существенный бонус. Сколько раз повторять?

— Вот только будут ли они работать, если ты отрубишься в ближайшей канаве?

Эстир устало помассировал виски.

— А вы мне на что? Хотелось бы напомнить, что у нас, между прочим, имеется негласное джентльменское соглашение. Эдакий паритет. Я оберегаю ваше будущее, в то время как вы печетесь о моем настоящем. Старательно ограждаете моё хрупкое тельце от поползновений злых дядек и прочих опасных вредителей. Включая двух коварных эскортниц, шантажирующих меня голыми фотками. Можно подумать, никто и никогда не видел добротных дикпиков…

— Ай, всё.

Я махнул на него рукой и отошел в сторону, материализовав на ладони пакетик для Пуньи. Маринованные термиты в овощном соусе и наисвежайшие побеги бамбука. Чудесный деликатес. Самое то для пушистых красавчиков.

— Эй, ты что делаешь? — потомок ифрита наконец-таки заметил бурлящую у него над головой кастрюлю.

— А что, жалко что ли? — невозмутимо переспросил танк. — Я и сосиски могу пожарить. Хочешь? Все равно до отправления еще пятнадцать минут. Хоть пожрем нормально. Столовая-то не работает.

Даня ненадолго задумался. Пускай Герман и вел себя нагло и беспардонно, но, с другой стороны, почему бы и нет? Пустой желудок сам себя не заполнит.

Хотя, конечно, многочисленные охранники портальных арок были в шоке. С тех пор как Локо возглавил городскую стражу, он стал для них предвестием апокалипсиса. Чертовски грозной и пугающей фигурой, что лишь одним своим назначением снизила уровень преступности в несколько раз. Оттого они и никак не могли взять в толк: как кто-то может быть смелым и безрассудным настолько, чтобы использовать голову их начальника заместо плиты?

— Что ж, ладно. Смотри только, жиром меня не закапай. Вонять буду. А меня это бесит.

— Вот и славно, — улыбнулся Герман. — Глас, дай сковородку.

— Какую еще сковородку?

— Барона Субботы.

— Вообще-то это легендарный артефакт, многоуважаемый танк. Полученный в награду за прохождение Великого «подземелья» на высочайшем уровне сложности. Предмет моей личной гордости и триумфа, а не элемент кухонной утвари.

— Но пожарить сосиски-то на ней можно? Физически.

— В целом, да.

— Вот и давай.

Шаман грустно вздохнул, но все-таки материализовал драгоценный предмет.

— Ладно, бери. Только помыть не забудь. Или хотя бы песком протри.

Эстир бросил другу сковородку, после чего попытался снова прильнуть к мегалиту, как неожиданно уткнулся лицом в нечто мягкое. Так, словно между ним и холодным камнем портала вдруг появилась невидимая прослойка. Выпуклая, упругая, местами будто бы кожаная.