Понятно, что после ограбления Святого Трибуна и подготовки к рейду на Диедарниса нам было абсолютно не до него. Однако подобная халатность не может служить оправданием. Мы приютили у себя опасное демоническое отродье, причем весьма высокого ранга, и даже не удосужились узнать, кто он такой. В то время как остальные, видимо, решили, что раз он тусовался с нами и тем более побывал Унд-Хеку Гундахара, то, значит, скорее всего так и должно быть. М-да. Остается надеяться, что Сераф заприметит его раньше, чем мы вернемся. Все-таки у него на подобные вещи глаз наметан. Даже несмотря на то, что Архангел без конца уничтожал несчастного Боно, вечно путая его с обитателем преисподней.
Как бы то ни было, грохочущие пулеметы и отчаянные вопли умирающих помогли нам уйти. Добраться до темного леса, по которому мы около часа бежали вперед без оглядки. Опасались возможной погони.
К концу марафона вокруг уже окончательно стемнело. Настолько, что в те редкие минуты, когда тускло светящаяся луна скрывалась за тучами, мы брели наощупь словно слепые. Вытянув перед собой руки. Затем, спустя еще полчаса, мы пересекли высушенное поле и оказались на краю большого каменистого оврага, где и позволили себе расслабленно выдохнуть.
Зря. Ведь стоило нам это сделать, как ровно в этот же самый момент в километре позади замерцал красно-оранжевый свет.
Обернувшись, поначалу я подумал, что пацан все-таки нарушил данное слово и решил сдать нас своим, отчего уцелевшие остатки вояк сорвались за нами в погоню. Однако, присмотревшись внимательнее, вдруг почувствовал, как по спине и загривку побежали мурашки. Ведь это были не солдаты и даже не «рейдеры», а, черт подери, адская гончая! Охваченное жгучим пламенем отродье инферно, которое не только было как минимум в два раза крупнее тех, что мы видели, но и со страшной скоростью неслось прямо на нас. Даже на отдалении я видел, как ее острые когти высекают искры из камня и вырывают целые клочья из твердой земли.
— Проклятье! Ну и что ты стоишь⁈ Стреляй! — испуганно проорал Белар.
— Какой на хрен «стреляй»⁈ Беги, мать твою! Для нее моя пукалка не опасна!
Ухватив эльфа за плечо, я спрыгнул в овраг.
* * *
Пожалуй, я не покривлю душой если скажу, что в тот самый миг я как никогда отчетливо ощутил, что конец испытания близок. Смерть буквально подобралась на расстояние вытянутой руки. Цеплялась когтями за шиворот и шептала мне на ухо сладкие речи с уговорами сдаться, ибо, петляя меж здоровенных валунов и каменных глыб, я понимал, что шансов спастись попросту нет. Нам тупо было нечем этой зверюге ответить, поскольку ни автомат, ни осколочная граната как такового урона бы ей не нанесли. А любой удар ее шипастого хвоста или могучих лап стал бы для на нас смертельным. Ведь она была сильной. Чрезвычайно сильной для людей первого уровня.