— Но ты, естественно, не забыл.

— Нет, не забыл, — кивнул он. — И вот результат: внутричерепная гематома, отек мозга, провалы в памяти и разорванное ухо. Так друзья Эваном и прозвали. В честь Холифилда. Это боксер такой…

— Я в курсе. Бой с Тайсоном, девяносто седьмой год.

— Мать с подругой шептались, что я до конца своих дней дурачком останусь. А тут вон оно что.

— Печальная история, — проникся я. — Как думаешь, этот человек на Элирме?

— Не знаю. В любом случае искать его и мстить желания нет.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Да ничего особенного. Денег заработать. Подниму пару уровней, куплю доспехи. Может, наймусь на службу к какому-нибудь лорду, или как они тут называются?

— По-разному, — улыбнулся я. — Что ж, Эван, благодарю тебя за беседу, но мне пора. Однако, прежде чем мы уйдем, я бы хотел кое-что тебе передать.

Применив «Ментальный Каст», я материализовал у него под ногами трофейные доспехи. Обычные, стальные. Для меня — сущая мелочь, тогда как для него — настоящее сокровище.

— Не… не-не… — будто бы испугавшись, парень сделал два шага назад. — Знаю я эти «истории». Сегодня возьму, а уже завтра окажусь в вечном долгу.

— Это подарок, — вместе с Эстиром я направился дальше — в тень крепостных ворот, открывающих путь к центру города. — Можешь принять, а можешь оставить лежать на земле. Решать тебе.

— Но за что?

— Ты мне напомнил одного близкого человека.

— Значит, ты тоже увидел в нем отражение Германа? — обратился ко мне шаман минуту спустя.

— Да. Потрясающее сходство. Аж снова кошки на душе заскребли.

— У меня тоже. Еще образы эти странные…

— Ты о чем?

— Сложно сказать. Это продлилось всего пару мгновений, но я как будто увидел его персонажем эпической саги, чье восхождение только начинается. Одинокий герой в незнакомом месте, за душой ни гроша. Стоит, понятия не имея, что делать. Как вдруг ни пойми откуда появляется могущественный незнакомец и дарит доспехи. Согласись, звучит интригующе.

— Пожалуй, — ответил я. — К вопросу о Германе: тебе удалось что-нибудь выяснить?

— Нет, — грустно выдохнул Глас. — Пробовал поговорить с Серафом, но этот пернатый алкаш жрет «Мозгобойню», не просыхая. И двух слов связать не может. Еще пытался обратиться за помощью к Эйслине, однако эта, кхм… истеричная мадемуазель сходу заявила, что помогать не намерена. Хлопнула дверью у меня перед носом. Остается Галилео.

— Который откладывает разговор до конца недели.

Прошагав еще полкилометра, мы приблизились к Аукционному Дому и возвышающемуся немного левее от него зиккурату.

— Слушай, я бы все-таки зашел к генералу, — произнес я. — Ты не против?