Однако на изумление мужчины даже под напором его суровых воплей девушка оставалась необычайно безмятежной, она всего-навсего бросила горестный взгляд на целительницу, а затем разочарована покачала головой.
— Я ведь просила вас, наставница Урано…
— Прости меня, девочка, но подобное нельзя скрывать, — с виноватой улыбкой прошептала Лара. — Твой отец обязан знать. К тому же не забывай, что ты помолвлена с другим, и если Агдейн и Алое Возмездие узнают, что ты лишилась своей невинности в плену, то последствия станут невообразимыми. Они могут посчитать такое поведение грубым оскорблением!
После упоминания об Алом Возмездии и Агдейне, впервые на лице у молодой дриады отобразилось презрение ко всему живому.
— Как бы сильны они ни были, но мне плевать на Алое Возмездие! Агдейн редкостный мерзавец и законченный ублюдок! Я более чем наслышана о его садистских наклонностях! Не стоит и упоминать, что в нашем доме эта скотина ведет себя так, словно правитель здесь он, а не вы, отец, — скривилась внезапно девушка, осуждающе взглянув на Маркаса. — И это вы, отец, захотели связать нас узами брака, чтобы заручиться поддержкой еще одного старейшего ордена, хотя для войны с Ксантом хватило бы и Несущих Бурю с Наказующими! Я ненавижу и презираю Агдейна, но приняла подобный факт, как должное. Ведь я представительница дома Иллион! Я ваша дочь! Вот только скажу вам обоим правду! Пока я находилась в плену, никогда в жизни я не чувствовала себя более свободно. После смерти матери вы изменились, отец, — горько сглатывая выпалила дриада. — Я не узнаю вас! Ранее вы были несгибаемым и вдумчивым, но сейчас сразу три старейших ордена желают разорвать наш дом на части, делая вид, что помогают…
— Достаточно! Не желаю ничего слышать! — вдруг повысил голос Маркас, хлопнув по столу рукой, но вот лицо его скрывало вселенскую боль и раскаяние, впрочем, мужчина продолжал напирать. — Что о войне и политике может знать одна непослушная девчонка⁈ Вижу, тот грязный подонок каким-то образом промыл тебе мозги! Это я не узнаю тебя, Диана! Что с тобой стало⁈ В кого ты превратилась?
Вот только вместо того, чтобы стоять и покорно слушать дриада расплылась в печальной улыбке:
— Какой же всё-таки дурой я была раньше, — разочарованно прошептала целительница, глядя то на отца, то на наставницу. — Кто бы мог знать, что Ранкар окажется прав. В этой войне и вправду нет плохих или хороших, нет правых или же неправых, в этой войне есть только… Выгода! Каждый из участников преследует только свои цели. За время нашей беседы вы дважды его оскорбили, отец! ДВАЖДЫ! — повысила она внезапно тон, переходя на крик. — Но лично он за всё время моего плена ни разу ничего плохого не сказал ни об Иерихоне, ни о вас. Да и вообще ни о ком-либо. Он даже не расспрашивал у меня кто я на самом деле. Вы считаете его выродком, к своему сожалению и я раньше так считала. Однако попав обратно домой я осознала, что никакой он не подлец и не мерзавец. Вы вообще в курсе, отец, что Ранкар не убил ни одного иерихонца? Даже наоборот, чтобы защитить меня он прикончил одного из лейтенантов Ксанта! Он дал слово и держал его несмотря ни на что…