Чтоб я сдох! Она-то еще кто такая?
— Времени у нас действительно очень мало. Если не ошибаюсь, то тот убогий инвалид падший, вместе с вашими отщепенцами друзьями уже мчится за подмогой, — презрительно скривилась неизвестная. — Вечно эти серафимы недобитки лезут куда их не просят!
Проклятье! Она знала о Тэйне! Ни хрена не понимаю, но надо скорее уносить ноги! ВАЛИМ! ВАЛИМ! ВАЛИМ!
Стоило этой бабище полностью закончить с преображением, как практически моментально затылок запульсировал нестерпимой ноющей болью и тотчас пробудилсяпротест , а следом раздался пронзительный вопль Альяны, что был наполнен тревогой и страхом:
«РАНКАР! БЕГИ!!! БЕГИ И НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ!!! ОНИ НАШЛИ НАС!!! ОНИ ПРИШЛИ ЗА НАМИ!!! СЕЙЧАС МЫ С НЕЙ НЕ СПРАВИМСЯ! ЭТО СЛУГА ОБЕРЕГА! Я ВСПОМНИЛА ИХ! ЭТО… ОДНА ИЗ ДВЕНАДЦАТИ ВАЛЬКИРИЙ!!!»
Крик спаты показался отрезвляющим и дважды повторять не пришлось, потому как наряду с её визгом дал слабину мой эмоциональный клин вместе с дремавшей внутри тьмой:
Первичное состояние неистовства…
Теневой провал…
Однако стоило сделать один единственный шаг, как всё пространство разом внутри шатра было окутано непроницаемым барьером, а тело, которое начало обращаться черным туманом внезапно ударилось о нечто несокрушимое.
— Вы весьма интересная личность, лейтенант Ранкар, — без тени улыбки хрипло произнесла валькирия, глядя на мои жалкие трепыхания. — Думаю, минуты нам хватит…
Глава 25 Эпилог…
— Вы весьма интересная личность, лейтенант Ранкар, — без тени улыбки, с лёгкой хрипотцой произнесла валькирия, глядя на мои трепыхания. — Думаю, минуты нам хватит…
Твою собачью жизнь! Какого причиндала я вечно куда-то умудряюсь вляпаться? Почему каждый встречный поперечный оказывается на несколько порядков сильнее меня? Неужели я решил собрать на себе все неудачи мира?
В данный миг эмоции душили похлеще удавки на горле. Лишь одно Сущее ведает, что задумала эта дрянь, но убивать меня покамест не торопились. От бабищи веяло ужасающим давлением, а неизвестный барьер не давал нормально двигаться и подавлял все мои жалкие барахтанья сквозь черный туман и неистовство.
Единственное, что получалось нормально делать, так это просто говорить.
— На что нам хватит минуты, если не секрет? — весело щурясь, сипло осведомился я, между делом совершая попытки пошевелиться. — Если вы о сексуальной близости, то с такой прелестной дамой я бы продержался дольше одной минуты. В этом можешь быть уверена.
Стоило мне закончить говорить, как личико неизвестной тотчас окаменело, а давление, исходящее от неё, многократно увеличилось.