Так-так-так. Черно-оранжевый? Значит, это кто-то из доминирующего дома Фалайн. Что ж, я не просчитался. Судя по всему, тут и вправду существует своеобразная конкуренция.
— Остановитесь! Так нельзя! НЕЛЬЗЯ! — вдруг раздался яростный девичий голос. — Что вы творите⁈ Что они вам сделали⁈ ХВАТИТ!
Вашу ж собачью жизнь! Начинается…
Через секунду в поле зрения появилась и сама обладательница голоса в лице Дианы. Девица с ног до головы оказалась объята изумрудной аурой магии жизни, за магичкой следом нехотя плёлся Рамас, пытавшийся её остановить, а уже за ним семенила целая ватага перепуганных беспризорников в количестве восьми штук.
Забавно. Очень забавно. Но… холера! Куда лезет эта глупая девка⁈ Нашлась добродетельница недоделанная, чтоб её! Всем она всё равно помочь не сможет и неужели не понимает в какой ситуации находится? Ох, Ярвир, никогда не думал, что женщина может стать такой головной болью. Причем для меня… Ладно, сейчас поглядим за весельем. Будет ей урок.
За всей развернувшейся сценой я наблюдал с предвкушающим видом, весело осклабившись во все тридцать белоснежных зубов. Затем же, не найдя ничего лучше в демонстративной манере немного вышел вперед и присел на скамейку рядом с одной из догорающих хижин. В это время парни обосновались чуть позади и опершись на ветхий забор, с неким любопытством поглядывали за моими дальнейшими действиями.
В радиусе пары-тройки десятков метров среди воителей в черно-оранжевых одеяниях во главе с лейтенантом дома Фалайн возникло заметное оживление, стоило моей персоне объявиться в поле их зрения. А вот среди воителей в черно-пурпурных доспехах образовалась заминка, когда те завидели меня издали. Даже одарённые стихии огня невольно замешкались и выполняли свои приказы не так ловко и быстро.
Надо же. Дерьмовая молва о бывшем сумасшедшем смертнике порой бывает полезна.
Беренгар же продолжал надрываться, что было сил, потому как по-прежнему находился ко всем спиной, а вот Диана, похоже, кроме полыхающих домов и спиногрызов абсолютно ничего не видела. Да и сам Рамас заметил мою персону в самый последний миг и начал о чем-то неуловимо жестикулировать, требуя прекратить творящуюся вакханалию.
— ПОШЛА ПРОЧЬ, ПОТАСКУХА! Я не намерен слушать нотации от какой-то иерихонской шлюхи! — рявкнул грозно аристократ, возвышаясь над целительницей. — ЗНАЙ СВОЁ МЕСТО, ДРЯНЬ! Если тебя трахает какой-то зарвавшийся простолюдин — это не даёт тебе власти надо мной!
— Когда-нибудь вы ответите за свои грехи, аххесы! — выплюнула презрительно дриада, глядя в глаза благородному. — Обереги вам станут судьями! Гор не слепой!