— ТВАРЬ… — заорала грозно соперница, а я по-прежнему продолжал терпеть боль. — ЧТО ТЫ ЗАДУМАЛ И…

Ладонь переместилась на её лоб, туловище резко развернулось, а локоть до хруста сжал горло и зафиксировал положение головы отмеченной.

2…

— СТО-О-ОЙ! — завыла она, понимая к чему всё идёт, но вся её оголтелая мощь не помогала, а только ухудшала положение. — НЕ НАДО…

* * *

— Матвей, мой дорогой… — горько прошептала Инарэ, отводя взор от кровавой бойни, что творилась на арене и поднимая глаза на не родного сына. — Помоги мне спуститься вниз. Для меня время пришло. Я… устала.

От потрясения Марриуз приоткрыл рот, но под взглядом Бездны и других княгинь печально улыбнулся и кивнул.

— Да, мама Инарэ, я вам помогу…

* * *

Так мы и стояли посреди арены, обнявшись как давние любовники в опасные объятия, что несли только смерть.

—Ни пощады, — обронил глухо я, возводя лицо к проливному дождю и тёмному небу. —Ни милосердия…

— НЕТ, — закряхтела она в последний момент.

—Таков удел… чудовища…

Взор мой перетёк с неба на ярус оберегов и невольно я встретился взглядом с Тиамат. Взор оберега не сулил ничего хорошего, но мне стало на всё наплевать. Губы её неуловимо шелохнулись, и я прекрасно понял, что именно она мне произнесла.

—Только

посмей .

—Умри, Танцующая-на-Крови , — просипел сипло я, но из-за пробитого лёгкого звук преобразился в смертельный свист. —Умри… на виду у той, кому захотела… служить.

1…

Одно грубое и жестоко движение оборвало жизнь Кассандры прямо на глазах у Тиамат. Оглушительный треск шейных позвонков походил на громоподобный набат, а в могильной тишине хруст разнёсся по всей арене, ознаменуя о гибели одного из претендентов.

Кровавая пелена расступилась. Мир вновь принял знакомые очертания. Все стихии исчезли по щелчку пальцев. А мы так и продолжили стоять с Кассандрой. Порой люди говорят, что у них нет сил продолжать, но зачастую под угрозой какой-либо опасности они находят силы и выносливость идти дальше. Вместо того чтобы идти, я опустил обессилено руки. Жалобно зазвенели цепи, а их звук слился с глухим ударом тела о камень. Труп Танцующей-на-Крови просто свалился к моим ногам и, преодолевая немыслимую боль от сотен увечий, я на подкашивающихся коленях, переступил через мёртвое тело.

Кровь продолжала хлестать из всех свежих ран, но покачиваясь из стороны в сторону я медленно и верно пытался идти. Пытался идти у всех на глазах. И шел я не к призрачной тропе, а в абсолютно другую сторону.

«Мой разоритель…» — жалобно шепнула Истра, но я лишь слабо улыбнулся.

— Малость… притомился… — тихо обронил я. — Но с меня… хватит…