Материализация. Новая техника, освоенная меньше часа назад. К сожалению, работала ещё через раз. Форма порой плыла, точность хромала. Но для того, что я задумал, ювелирная точность не нужна.

Нужна грубая, жестокая сила.

Первый звук — жестяной грохот. Дверь слева от меня влетела внутрь, сорванная с петель. Одновременно справа лопнула стена, ржавое железо разлетелось рваными лоскутами. В ангар хлынул свет фар.

Следом — гранаты. Три штуки, по дуге, с разных сторон. Я услышал характерный звон металла о бетон ещё до того, как они коснулись пола. Что-то артефактное, судя по слабому магическому фону, который я уловил на долю секунды.

Взрыв. Тройной. Белый свет залил ангар, ударная волна хлестнула по ушам. Звук чудовищный, он должен был оглушить, дезориентировать, превратить мозг в кашу на несколько секунд. Должен был.

Но моё зрение адаптировалось мгновенно, зрачки сжались до точек, потом расширились обратно за долю секунды. Вспышка ослепила на мгновение, но контуры остались.

Они входили тройками. Слева три фигуры в снаряжении, автоматы, движения отточенные, профессиональные. Справа ещё три, зеркально. Прикрывали друг друга, перекрёстный контроль секторов, никаких мёртвых зон.

За штурмовиками — маги. Я почувствовал их ядра раньше, чем увидел. Два слева, одно справа. Пятый ранг, может шестой у того, что слева ближе к стене. Энергия текла из их ядер ровным потоком, формируя защитные структуры вокруг штурмовых троек.

Боевое крыло аристократического рода, тренированное годами. Каждый знает свою роль, каждый доверяет соседу.

Но это не спасёт никого из них.

Я опустил ладонь к полу. Не коснулся, просто направил импульс вниз через. Магия Земли рванулась из ядра, ударила в бетон, растеклась по фундаменту. Я представил форму: шипы. Три штуки. Толстые, как рука, острые на конце. Прямо под ногами первой тройки слева.

Бетон вспучился. Затрещал, пошёл паутиной трещин. Поверхность вздулась буграми в трёх точках одновременно, и с хрустом, похожим на звук ломающихся костей, шипы выстрелили вверх.

Первый пробил ближайшего штурмовика снизу, вошёл через стопу, прошил голень, вышел из колена фонтаном крови и осколков кости. Боец заорал, голос сорвался на визг, тело рухнуло набок, автомат загремел по полу.

Второй шип оказался удачнее — вошёл в пах, пробил тазовую кость и остановился где-то внутри. Человек даже не закричал, просто сложился пополам и упал на бетонный выступ, дёргаясь мелкой дрожью.

Третий шип вырос криво, ушёл вбок, только чиркнул по бедру третьего, распоров штанину и кожу до мяса, но не остановив.