— Да-да, разумеется, — торопливо согласился он. — Мои люди уже в пути. Но… Владимир, позвольте совет старого человека.
— Нет, — оборвал я.
Разорвал связь. Кристалл погас.
Борис утащил последние тела. Дыры в полу зияли чёрными провалами, из них тянуло сыростью и запахом канализации. Кровь на бетоне начинала подсыхать по краям, темнела, густела.
Мысли переключились. Ярость от Виктора, которая питала бой, трансформировалась в холодный, направленный гнев. Вороновы — побочная ветвь. Пешки. Расходный материал. Но через них я доберусь до главного.
Медведевы. Отец. Мачеха. Виктор.
Род, который уничтожил Володю. Украл его ядро, убил его мать, сломал его жизнь. Проклятие мёртвого мальчишки сидело в этом теле намертво, как заноза в кости. Виктор в торговом центре, с его масляными волосами и золотыми запонками, парализовал меня одним своим присутствием.
Это не повторится. Больше никогда.
Но сначала — Илья Семёнович. Глава Вороновых ещё жив, ещё командует, ещё думает, что контролирует ситуацию.
Одна проблема за раз. Сейчас — Ирина.
Достал второй кристалл. Тот, что дала она. Активировал. Ждал.
Ответ пришёл мгновенно, будто она сидела с кристаллом в руках.
— Владимир? — голос напряжённый, на грани истерики. — Со мной только что связались сверху. Они хотят закрыть проект! Весь проект! Если ты сейчас же не дашь мне что-то весомое, я умываю руки! Слышишь? Мне нечего им показать! Ни тебя, ни девочку, ни… ничего!
— Приезжай, — сказал я.
— Что?
— Приезжай. Сейчас. Одна.
Тишина.
— Куда? — спросила она наконец.
Продиктовал адрес: улица Заводская, ангар пятнадцать. Промзона.
— Промзона сейчас? Что там? — голос дрогнул. — Владимир, это…
— Ирина, — перебил я спокойно. — Ты хочешь исследовать меня. Хочешь работать со мной. Хочешь девчонку Кольцову. Хочешь Бориса с Василисой.
Пауза. Я слышал её дыхание — частое, прерывистое.
— Ты получишь всё, — закончил я. — Но только если приедешь. Сейчас. Одна.
Тишина ещё три секунды. Потом выдох, резкий, решительный.
— Еду.
Связь оборвалась. Кристалл остыл в ладони.
Я убрал его в карман. Посмотрел на ангар в последний раз: дыры в полу, разрушенные стены, тридцать голов у входа, кровавые разводы на бетоне. Произведение искусства. Мой шедевр.
Борис вернулся, вылез из дыры в полу. Морда чище, он успел облизаться внизу. Стоял и ждал, смотрел на меня жёлтыми глазами.
— Спрячься, — приказал я. — Внизу. Тихо. Не показывайся, пока не позову.
Он кивнул. Нырнул обратно в дыру, бетон хрустнул под его весом. Через секунду тяжёлые шаги удалились по тоннелю и стихли.
Глава 18
Жёлтое такси остановилось в ста метрах от ангаров. Фары мигнули дважды и погасли. Дверь открылась, из машины вылезла фигура в тёмном пальто, с громоздким металлическим чемоданом в руке. Ирина огляделась нервно, поправила воротник и расплатилась с водителем через окно.