На миг профиль лица человека дернулся и расплылся в широкой улыбке, а после он заговорил со счастливыми нотками в голосе, но, не отводя взгляда от мальца:

— Вам ведь уже сказали, Константин Дмитриевич, что я играю с сыном…

А стоило тому обернуться, как глава свободного рода не мог поверить в увиденное и был шокирован, ноги у того резко задрожали и ему пришлось спешно ухватиться за косяк двери. Настолько нереальным всё было сейчас. Ведь такого просто не может быть… он же… мёртв…

— Глазам не верю… — прохрипел старик, — … Паллад… ты… жив?

— Право слово, Константин Дмитриевич, вы словно красна девица, держите себя в руках, — ухмыльнулся весело мужчина, а после обратился к ребенку: — Палаша, разрешаю ущипнуть папку за щеку. Твой прадед нам не верит…

* * *

— Но… как? — уже раз в пятый неверяще вопрошал Ларионов у меня, да с таким энтузиазмом, что почти расплескал коньяк, который мы распивали у него в кабинете, пока сына кормили его няньки. — Я же ведь видел…

— Константин Дмитриевич, история это длинная и как-нибудь я её вам обязательно расскажу, но не сейчас. Где Алиса? Почему её нет? — спокойно спросил я, от чего старик мгновенно поник и неловко взглянул на меня.

— Её нет, еще утром её Артём увез в город, — сознался Ларионов в попытках скрыть взгляд. — Он здесь поселился недавно, решил провести больше времени с будущей женой… — опасливо сглотнул он, видя моё окаменевшее лицо.

— Артём Волков, значит… — процедил я сквозь зубы, — … отлично, просто отлично. На ловца и зверь бежит…

— Пал, ты не представляешь, как сейчас живет Алиса, — робко начал старик и того резко понесло, словно плотину прорвало. — Каждая секунда её нахождения с этим подонком… это сущий ад. Ведь это он… он… её тогда. Он во всём сознался сам. Он не человек, он мерзавец, садист и зверь. А я теперь ничего не могу сделать. Волковы будь они прокляты. А моей внучке приходится терпеть всё это… — мёртвым голосом проговорил Ларионов, с отчаянием глядя на меня. — Если бы не Палаша она уже давно на себя руки наложила.

— Стоп! Погодите… Всмысле он?! В чём он признался?! Только не говворите, что… — выпалил я, нарастающая злоба и гнев уже самопроизвольно выплескивалась из меня, а стакан в руке уже покрылся сетью трещин.

— Это… он… тогда снасильничал Алису. Он… и другие. Я думал, это был кто-то из великого рода, но это его рук дело. Он всё затеял. Эта тварь призналась. Он получает удовольствие от таких вещей! Видел бы ты мою внучку, когда он впервые заявился в наш дом со своими требованиями. Она была бледна словно Смерть и еле держалась. Я даже представить не могу, каково это находится с тем, кто разрушил всю твою жизнь…