Глава 17 Или нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих
Гости медленно занимали места, готовясь к торжественному событию. Вальяжные, неповоротливые, полные, томящиеся от жары, они опускали свои грузные тела на деревянные лавки с войлочными подушечками и тут же направляли бинокли в сторону игроков. Около сотни глаз с любопытством устремлялись к казавшейся издалека такой крошечной группке несчастных, похожих на разномастных животных, зачем-то согнанных в один зверинец. Богачи начинали оживленно обсуждать достоинства тех или иных участников, прикидывая в уме, на кого будут делать ставки. Одна богатая женщина, до такой степени увешанная тяжелыми драгоценностями, что под ее весом прогнулась лавка, с гордостью указывала всем на своего игрока — мальчика, похожего на медведя. — Это мой Урий, — с любовью повторяла она. Парень не врал, когда говорил, что уже побеждал на соревнованиях. Это была истинная правда, и госпожа Сестрия специально выставляла его кандидатуру, зная, что он принесет ей немаленький доход. — А что это за необычный беловолосый паренек? — спросила она вдруг, морща напудренный носик, который уже начинал блестеть от жары. — Это Бел, иноземная диковинка Ролли, — отвечал ее спутник. — Говорят, он так силен, что может уложить любого взрослого мужчину на обе лопатки. — Хм… Слабо верится… Неужели? Такой маленький и щуплый… — протянула Сестрия задумчиво. Она сомневалась, пока еще будучи не в состоянии выбрать себе фаворита. В нескольких шагах от знатной дамы сидела прекрасная госпожа Тилли, бледная и расстроенная. Девочка во все глаза смотрела на своего кумира, у которого оставалось только две возможности: либо победить, либо отправиться на корм собакам. Между тем, последние находились в специальном закрытом загоне, расположенном под трибунами, и, несмотря на шум и всеобщее оживление, можно было услышать их голодное рычание и повизгивание. Наконец разговоры стихли, ибо начиналось торжество. Глашатай, объезжавший поле на прекрасном черном армутском скакуне, должен был объявить правила игры. Зрители обратились в слух, но не потому, что правила были им неизвестны. Напротив, они знали все наизусть. Но им хотелось послушать про каждого игрока, ведь только после этого они могли назначать фаворитов. — Блистательные дамы и господа! Драгоценные изумруды нашего прекрасного города! Мы объявляем об открытии игр, но, как и обычно, нам всем нужно ознакомиться со сводом правил. Я призываю игроков слушать внимательно, ибо непосредственно от этого зависит их участь! — Мужчину на лошади было хорошо слышно в любом уголке амфитеатра