Хотел уже перейти на другое зрение, как мэр развязал тесемки и положил в другую руку крошечное сердце какого-то зверька — все еще бьющееся. Смотрел он на него недолго — одним движением проглотил, постоял, глядя перед собой и громко произнес: «Да!», эхом отразившееся от каменных стен и воды.

«Запустил таймер эволюции», — сделал я вывод, продолжая наблюдать со стороны. — «Сколько там дается? Двадцать минут до старта? Успеем еще пару раз закрыть и открыть дверь».

— Так, Генри, — энергичным шагом подошел ко мне Бернетт и вновь нагнулся к своим вещам, что-то там разыскивая. — Времени в этот раз немного, всего пять минут.

— Как скажете, сэр, — отошел я к двери. — Как раз успеем… Сэр? — Опешил я, обернувшись.

На меня смотрело дуло компактного револьвера. Мэр целился небрежно, направив ствол на грудь… Но сложно отделаться от ощущения черного глаза смерти, смотрящего прямо в лицо.

— Ты же не хочешь меня расстроить? — Мягко спросил Бернетт.

«Зафиксировано влияние!.. Оберег… Оберег… Проверка на ранг… Блокировано!»

— Нет, сэр, — с тревогой замотал я головой.

— Тогда давай ты не будешь гнить тут прямо у двери все эти месяцы?

— Конечно, сэр! — Добавил я во взгляд обожания.

— Лезь в ванну, Генри. — Качнул мистер Бернетт стволом и отошел в сторону.

— Да, сэр! — Побежал я в сторону бассейна, изобразил, что поскользнулся, и грохнулся всеми костями об пол.

— Вот же недотепа!

— Простите меня, сэр! — Выгнулся я в чувстве вины, начал бить себя кулаками по лицу и кататься из стороны в сторону.

— Стой! Остановись! Заткнулся!

Я резко замер.

Бернетт, встав надо мной, озадаченно потер лоб дулом револьвера.

— Надо больше контроля, — буркнул он себе под нос. — Никаких тонких воздействий! Как кувалдой по башке… Слишком заметно. — Пожаловался он сам себе.

«Дернуть его за ногу?» — Лихорадочно прикидывал я. — «Тяжелый, не повалю… Еще и сверху будет, в лоб револьвером ударит…»

— Генри, вставай давай.

Я завозился на полу, изображая поврежденное колено. Но даже так — все, чего добился, это отошедшего в сторону Бернетта и револьвера, направленного в пол.

Из-за падения сильно разболелась правая рука — тут все каменное, просто так упасть и не получилось бы.

— Хочешь меня порадовать?

— Да, сэр! — изобразил я пик радости, чуть ли не слюну пустив.

— Залезай в ванну и постарайся не кричать от боли, я этого не люблю.

— Как скажете, сэр!

— Да уж как скажу… — Пробурчал он. — Я твое последнее желание выполнил… Так что давай, немного потерпеть придется.

«В ванне опрокинуть будет проще», — перебрался я через бортик.

Что интересно — никакого жжения в ногах. А ткань одеяния — та, что прикасалась к мутно-черной бензиновой жидкости — распалась сначала на нити, потом совсем исчезла…