— Таковы правила.
— Вот! Но доступ к ним строго ограничен. Они могут использоваться лишь главными целителями, и то только в случаях крайней необходимости. Например, для активации родовой магии или поиска, если на то будет воля родственников. Но ни я, ни кто другой из младшего персонала лазарета не имеет доступа к хранилищу. Только главный целитель и ректор!
— Хочешь сказать, Элиана интересовала кровь магов с темным даром?
— Да. Он этого не скрывал. Правда, потом он извинился и сказал, что не знал, что использовать эту кровь запрещено.
В груди нехорошо екнуло. Кровь мага — один из сильнейших ингредиентов. Несколько капель еще ничего, но определенное количество можно использовать во вред умеючи. Особенно если кровь свежая. А с того платка разве что ручьем не текло!
— Что-то мне все это не нравится… — пробормотала я.
— И мне. На твоем месте я бы нашла магистра и потребовала отдать тебе платок, а потом сожгла бы его, как поступаем мы с отходами.
Подтверждая свои слова, Линна щелкнула пальцами, и бинты вспыхнули ярким пламенем, которое за секунды уничтожило и их, и даже осколки стекол, извлеченные из моего тела.
Глава 17. Три платья, три пропажи, ни одного ответа
Принца я так и не нашла. Он словно в воду канул вместе с пропитанным моей кровью платком. Как и Зейд. Меня тревожило отсутствие обоих мужчин. Казалось, над головой сгущаются тучи, сворачиваясь в зловещую черную воронку, готовую засосать меня в любой момент.
Ощущение томительного ожидания усиливалось с каждым мгновением. Я места себе не находила, за что получила выговор от Триши на примерке бальных платьев, которая проходила в ее комнате. Расположившись в самом дальнем углу, чтобы как можно меньше угнетать сестер аурой, я наблюдала, как Триша поправляет складки платья Рианы.
— Не вертись! Стой прямо! — командовала она. — А теперь вытяни вперед руку.
Триша что-то записала в блокнотик.
— Мне надоело. Когда уже все будет готово? — ныла Ри.
— Сегодня вечером.
— А по мне, и так все хорошо.
Риана красовалась перед зеркалом в длинном нежно-голубом платье, облегающем фигуру. Два весьма провокационных разреза на бедрах с каждой стороны не только добавляли ему пикантности, но и позволяли ей двигаться нормально.
— Пока всего лишь «хорошо». А должно быть — идеально! — возразила Триша и, обращаясь к нам обеим, добавила: — Все. Можете снимать.
Мое платье было черным с серебряно-фиолетовой искрой. Сестра не стала рушить мой образ темного мага. Дополняли наряд классические лодочки на шпильке с вышивкой.
— Надо помнить, что это не свадебный бал и не королевский. Следует соблюдать меру и не надевать ничего слишком помпезного. Никаких корсетов, кринолинов. И никакой демонстрации драгоценностей. Наш девиз — легкость и женственность! — менторским тоном внушала нам сестра.