Внимание привлек тонкий стержень — больше инфокристалла, но меньше тех продолговатых штуковин из ящика, очень похожих на рюхи для построения фигур в городках, только потоньше и размером поменьше — в общем, цилиндрики. Стержень заинтересовал Дариана, потому что на его боку тоже виднелась пиктограмма. На этот раз — схематическое пламя. И больше ничего.

Дариан повертел стержень в руках и коснулся большим пальцем рисунка. Из тонкого конца стержня вырвалось крохотное пламя. Дариан отдернул палец — пламя погасло. Снова коснулся. Всё повторилось. Зажигалка? Возможно. Но что было важнее, теперь Дариан мог развести огонь! А это свет, тепло и горячая пища, Никаких больше сырых ящериц на завтрак!

Живот вновь свело, дико захотелось есть, но ничего похожего на еду Дариан не видел. Может на корабле и был холодильник, плита, или даже целая кухня, наверняка, тоже собранная из рухляди, но точно не здесь. Не в этом помещении. И ни дверей, или каких-то намёков на них, не наблюдалось.

Дариан с досады хлопнул по спинке ближайшего кресла пилота. Что-то тонко взвизгнуло, зашуршало. Сетка, оплетавшая тело пришельца, исчезла, словно втянувшись в подлокотник. Зеленокожий пошатнулся, завалился на бок и с грохотом рухнул на пол.

Дариан вздрогнул, испугавшись, что пришелец окажется живым, но тело упало неудачно, напоровшись глазом на одну из штуковин, которую Дариан рассматривал, а потом просто бросил на пол. Чистоте и порядку внутри корабля это никак навредить не могло.

Аккуратно перевернув тело, Дариан вытащил конусообразную приблуду неизвестного назначения из глазницы неудачливого пришельца. Глаз вытек, оставив внутри неприятно блестящую слизь.

«Мертвым всё равно, — напомнил себе Дариан, — особенно, если они не люди»

Ему вдруг стало жалко прилетевших, и так неудачно приземлившихся, пришельцев. Шетаан с ними… неизвестно какие планы по отношению к людям они строили, но Дариан почувствовал себя слегка виноватым, что один из зеленокожих отправится в загробный мир без глаза.

Решение похоронить тела сначала показалось Дариану отличной идеей, но пока он вытаскивал тела из корабля, пока рыл неглубокие могилы в сухой земле, он ругал сам себя за слабость. Но уже было поздно. К моменту, когда солнце коснулось краем диска стены осколка, Дариан закончил с погребением. Теперь недалеко от корабля, за пределами борозды, покоились три пришельца. Могилы Дариан засыпал камнями, а в изголовье поставил взятые из большого ящика цилиндрики, составив из них подобие шалашиков. На каждую могилу по три цилиндрика. Ему показалось это весьма символичным.