К этому времени в комнаты успели подтянуться соседи. И сейчас на кухне они громко разговаривали за жизнь.

На наше счастье соседями оказались вполне приличные люди. Семейная пара врачей из Ленинграда, известной национальности, и семья стоматологов из Ивано-Франковска той же национальности.

А громко разговаривали они по той причине, что никак не могли решить вопрос кто из них настоящий еврей, а кто не совсем. И, похоже, крепкий черноволосый с приличными пейсами доктор-стоматолог из Ивано-Франковска побеждает в этом споре, сообщив, что он обрезан по всем требованиям Торы, хорошо хоть доказательств не стал предъявлять. Плешивый хилый ленинградский терапевт такого доказательства даже на словах предъявить не смог и сейчас безнадежно проигрывал стоматологу, заявившему, что он уже здесь успел посетить местную синагогу и внес пожертвование на строительство новой.

В запале они не обратили на наше появление никакого внимания и продолжали свой спор, чьи предки больше сделали для процветания земли обетованной, пока их жены обсуждали рецепт фаршированной щуки, которую они хотели приготовить на завтра.

Зато их дети моментально нашли общий язык с нашими девушками и о чем-то болтали в коридоре.

После непродолжительного обмена любезностями мы удалились к себе смотреть телевизор. Кстати небольшой японский телевизор показывал отлично, так, что мы посмотрели новости на канале ZDF, новости из России не радовали, немецкие журналисты с удовольствием вытаскивали на свет самые неприглядные картинки российской действительности. Лишь неплохой сборный концерт Сьюзи Куадро, Бони М и Смоки шедший после новостей немного улучшил настроение. После концерта Лида решила, что пора спать, особенно детям.

Когда я, кряхтя, забирался на верхнюю койку, Лида с тревогой следила за моим подъемом.

— Саш, давай я лягу наверху, — вдруг предложила она. — Ты обычно вертишься в постели, как бы ночью не упал.

— До сих пор ничего такого не случалось, почему сейчас должен упасть, — удивился я.

— Пап, посмотри, как я могу! — воскликнула Яна и одним ловким движением запрыгнула на второй ярус кровати.

— У меня так не получится, — сообщил я. — Вашему папе уже целых сорок лет.

— Не уже сорок, а всего сорок,- поправила жена и тут же негромко крикнула

— Герда перестань баловаться!

Наша младшая дочь, воспользовавшись преимуществом нижнего яруса, начала пинать Яну по заднице, как бы мстя старшей сестре, за что та заняла такое козырное место.

Несмотря на окрик, девчонки некоторое время хихикали и болтали. Я же в это время думал о том, что нам придется привыкать жить вместе в одной комнате почти месяц, если все пойдет, как надо.