От возмущения Лида полностью перешла на немецкий язык, высказав на нем все, что думает о нашем милиционере. Я же в это время с чувством удовлетворения думал, что уже понимаю кое-что из того, что говорит жена. Видимо, уроки немецкого языка даром не проходят.

Выплеснув свое возмущение, Лида снова перешла на русскую речь.

— Саша, представляешь, наши бабки, узнав, что я ухожу в отпуск, как с цепи сорвались, сегодня даже очередь стояла за лекарствами.

Мне пришлось пообещать, что ты сделаешь мазь Вейсманам и Кляйнам. Хорошо?

Я пожал плечами.

— Лида, мы с тобой уже раз десять обсуждали, чем займемся в отпуске. Понимаешь сама, если мы отпуск проведем дома, то нам покоя никакого не будет. То тебя вызовут на работу, если срочно понадобится какой-нибудь препарат, или меня на замену водителя. Видишь, ты сама мне уже в отпуске работу нашла.

Манипуляции наше все. Манипулировать девушкой двадцати лет не представляло трудностей.

Лида потупилась.

— Саш, ну я же не могла отказать, бабушки со слезами на глазах просили помочь.

— Ладно, вздохнул я, — завтра займусь мазью, и заодно зайду в профком, я уже разговаривал с Агнией Эбнеровной, она обещала нам с тобой путевки в профилакторий на Черное море за четверть стоимости. Так, что надо уточнить дату поездки.

— Ааа, — завопила жена, бросившись обниматься. — Саша, я тебя люблю! Ура! Мы едем на море, ааа!

Я с улыбкой смотрел на расшалившуюся девушку. Сейчас бы её, наверно, не узнала бы собственная мать. Вся серьезность с нее моментально слетела.

Не зря я боролся полгода с ее комплексами, родом из детства. И, похоже, моя работа начала приносить свои плоды.

— Я закрою дверь на замок? — прошептала Лида, не разжимая объятий.

— Закрывай, — в тон ей ответил я.

Пока жена закрывала дверь, я сдернул покрывало с кровати. Лида вошла в комнату, на ходу расстегивая блузку, но, тем не менее, не забыв наглухо задернуть шторы.

С этого момента прошло всего три дня, и мы с Лидой, вместе с чемоданами, усаживались в салон машины скорой помощи. Айдын Агаевич, узнав о нашей поездке на Черное море, изъявил желание подкинуть нас до Карагандинского аэропорта. Понятное дело, что ему самому надо было срочно попасть в облздравотдел, но почему бы не стать хорошим для подчиненных, тем более, если лично тебе это ничего не стоит.

Валентина Григорьевна провожала нас вместе с подругой, Татьяна Петровна, прощаясь, обняла Лиду и что-то шепнула ей на ухо. Я видел, что жена еле сдержала смех, поэтому, сразу, как мы уселись на жесткие сиденья, спросил, чего смешного сказала мамина подруга.