— Известно что — убиваю предателя, а заодно и хочу использовать его в качестве жертвы для создания более мощных охранных заклятий, — так же спокойно пояснил Вебер. — Известно, что человеческие жертвы особенно мощно держат лимб заклятия.

— Больной ублюдок! — только и смог выдохнуть Бартынов. — А ну отпусти парня!

— С чего вы решили, что он предатель? — я глянул на лежащего. То смотрел на меня испуганно, не ожидая видимо от меня ничего хорошего. — Это что, боец из бартыновского войска?

Бартынов подошел ближе.

— Ты с первой группы? — спросил он, поглядывая на лежащего.

Тот кивнул.

— Имя?

— Я… Крупнов Михаил, сержант… старший… — выдохнул тот.

— Крупнов Михаил, расскажи-ка нам, что тут произошло, — спросил я. Потом бросил Веберу: — Да уберите вы нож!

Антон Павлович неохотно спрятал оружие.

— Я осмотр территории производил, а тут эти, — заикаясь, начал тот. — Меня же не предупредили, что это новенькие. Я думал лазутчики! Пошел на них. А они магией меня! Очнулся — тут лежу. Голый. К деревяшкам привязанный. И этот, — он кивнул на Вебера, — с ножом на меня замахнулся.

— Все ложь! — процедил сквозь зубы Антон Павлович. — Он — предатель! На нем же четкий след Герцена.

— Что еще за след? — я быстро просканировал лежащего, но ничего не увидел.

— На субастральном уровне виден, — пояснил Вебер.

Я глянул, но ничего, кроме какого-то расплывчатого грязного пятна не увидел.

— Это его след, — поняв мое недоумение, пояснил Вебер. — Я с Герценым много лет общался, знаю, какие он отпечатки оставляет. Этот солдат, — Антон Павлович кивнул на лежащего, — работает на Герцена.

— Я на господина Бартынова работаю! — запищал тот.

— Отпусти его! — прорычал Бартынов. — Пока я тебя самого к этой деревяшке не привязал.

Стоящие за спиной братья Вебер сделали шаг вперед, готовые вступиться за отца. Антон Павлович остановил их жестом.

— Так, спокойнее, ребята, — выступил я, становясь между двумя образовавшимся группировками. — Склоки нам тут не нужны. Антон Павлович, я не вижу никаких следов, которые доказывали бы причастность сержанта Крупнова к Герцену. Поэтому я прошу развязать его. В любом случае, если такие улики будут в последующем найдены, прошу не вязать людей без суда и следствия и вспарывать им животы, а идти ко мне.

На лице Вебера заиграли желваки. Командный тон, которым ему что-то говорили, был для него нов. Обычно он сам, глава рода, аристократ, привык отдавать приказы и отчитывать людей. А тут какой-то подросток ему высказывает.

Но я был не преклонен. В чужой монастырь, как известно, не ходят со своим уставом.