— Ольга…

Но сестра меня уже не слушала — он рванула со слезами в комнату.

Я пошел следом за ней, но комната оказалась закрытой. Сестра хотела побыть одна.

Я позвал Нианзу, наказал ему чтобы тот следил за Ольгой и через минут двадцать принес ей воды и чего-нибудь успокоительного.

Слуга понимающе кивнул.

Поход до мегалита занял пятнадцать минут. Я сделал слепок, отправил его Чернову. Потом, уже решив возвращаться назад, в последний момент глянул на строение. И вдруг в кромешной темноте, поселившейся внутри конструкции, увидел тень.

Это было лицо Евгении. Бледная полупрозрачная маска, словно маска призрака, она показалась из тьмы и вновь в нее погрузилось.

Я вздрогнул, зажмурил глаза и вновь глянул. Ничего. Тьма.

Показалось?

Нет. Лицо вновь выплыло из тьмы и попыталось мне что-то сказать. Но звука я не услышал — маска была словно немой.

— Женя… — прошептал я.

И лицо словно услышало меня, начало что-то беззвучно кричать.

Я ринулся к мегалиту, но мощное магическое поле откинуло меня назад.

В глазах аж потемнело. Я поднялся, морщась от боли, вновь попытался подойти к камню. На это раз без резких движений.

Удалось. Но вот лицо Евгении исчезло. И даже тьма словно бы рассеялась, так, что стала видна задняя часть.

Какая-то мистика. Фон, не смотря нав сю его мощь, был ровным. без аномальных всплесков и проседания.

Понимая, что разобраться сейчас едва ли получится, я поспешил домой.

Зашел в свою комнату и принялся формировать магические слепки, которые получились во время похода и тут же отправлять Чернову.

Надо отдать должное Альберту Михайловичу, он сразу же мне ответил, что материалы получил и пообещал как можно скорее дать мне ответ.

Уже заканчивая, я услышал быстрые шаги по лестнице.

— Там… там… — в комнату вбежал Нианзу.

Он был напуган. Впервые за все время нашего знакомства я видел его таким.

— Что случилось? — спросил я, понимая, что ничего хорошего ждать не приходится.

— Там… там… — только и смог вымолвить слуга.

И показал на окно.

Я выглянул наружу.

— Что там? — спросил я, не видя ничего подозрительного.

Нианзу потянул меня на выход.

Мы пробежали к небольшой комнатке, оказавшей пунктом наблюдения, куда транслировались видео со всех камер наблюдения.

И теперь я понял, почему Нианзу так напугался.

Весь внешний периметр поместья был окружен солдатами в черном. Мне хотелось верить, что это Шталин-старший прислал своих бойцов, но это было не так.

На форме каждого бойца виднелось изображение крысы — тотем Герценых.

Это была атака врага.

Герцен словно чувствовал, когда начать наступление. И выступил именно в тот момент, когда я был максимально обессилен и слаб. Бойцы Шталина прибудут только вечером. А я… сейчас я только один, против целой армии.