— Прячусь? — Я картинно фыркнул. — Фархад, ты из патриархального общества и понимаешь, что в традиционной семье подчинение младшего старшему беспрекословно. За это нельзя спрятаться, это просто есть. Когда я стану главой клана — тогда и буду «рулить», но пока я мелкий исполнитель с фантазией, и горжусь этим. — На оговорку «когда» а не «если» собеседник понимающе скривил губы. — Пока я ценен как именно реализатор, стоящий «на земле», и мне кажется, справляюсь, так как противники рядом как правило нервничают. Не могут просчитать мои ходы, хотя данные свыше установки им прекрасно известны. Да кому я это говорю Мухариб, в зеркало глянь! — А теперь в голос мальчишеского самодовольства и самолюбования — чтобы закончить нужный образ.

— Да, признаю. Ты… Креативный юноша, — вымученно улыбнулся террорист. — Хорошо, что хочешь сейчас?

— Сейчас обстоятельства изменились. Там, наверху…— Теперь сделал паузу я, как бы вынужденную, эмоциональную. — Скажем так, глава клана, имеющая строгий взгляд на процесс освобождения заложников, немного не в рабочем состоянии. Это временно, но это время у нас есть. А её дочь для меня не очень большой авторитет — не умеет она мыслить так же глобально, как мама, не понимает широту замыслов. И пока звёзды сложились, я немного хочу взять власть в свои руки и провернуть операцию по-своему, как вижу. Если окажусь прав — меня наградят. Если нет — распнут. Но я в любом случае хочу спасти детей, вывести их за скобки, и только после начинать политическую борьбу, и готов повисеть за это на своём кресте.

— Кресте… «Ваня, я готов!» — процитировал подонок главный сленг ушедшей весны.

— Смело! — сделал сеньор террорист правильный вывод — я достаточно безбашенный, чтобы реально провернуть такое. — И чем же могу тебе помочь?

— Да не прикидывайся, всё ты понял, — панибратски воскликнул я. — Пока королева в больнице, я согласен провернуть быстрый обмен. Ты освобождаешь всех гражданских заложников. Вместо них берёшь с собой избранных добровольцев из известных на Венере фамилий. Как гарант, что вы не будете жестить, ваша родня остаётся на Венере в заложниках у нас. Мы садимся на корабль Союза, это должно быть военное судно, если нужно — не одно, и под ответственность Союзных армии и флота летим к Земле. Где вы приземляетесь и исчезаете с наших радаров — лично мне всё равно в каком направлении, пусть разбирается спецура, но тут и так всё понятно.

— Разумеется, — согласился он.

— Мы же после этого летим назад на Венеру, а ваши родственники организованно сажаются на корабль и выдворяются за пределы планеты, будет лучше, если тоже на кораблях Союза. Как тебе такое предложение?