— Взять его всё равно не сможешь, — возразил полковник Лопес. — Во-первых, сложно доказать, что он выехал в тот купол на переговоры с кем-то, а не водички попить. Может там контрактницы искуснее, человек развлечься решил? А что рядом с ним кто-то посылал сигналы Мухарибу — совпадение. А во-вторых, даже если определишь, что он лично держал в руках рацию, у него сто процентов будет дипломатический иммунитет.

— Это мои сложности. — Я злобно оскалился. — В общих чертах — мне плевать на дипломатические иммунитеты, если есть железные доказательства, что он в момент сеанса связи находился в том же куполе, где и радиопередатчик «нулевой» тревоги. Берём сеньора и оперативно, пока бог спит, выбиваем показания. По мягкому сценарию, калечить не буду, но сеньору будет ОЧЕНЬ некомфортно.

— Рисковый ты парень! — покачал Лопес головой. — Совсем ничего не боишься, никаких «красных линий».

— У меня дети. — Из груди вырвался тяжёлый вздох. — Планете будет плевать на маленькие недочёты в работе, если я реально освобожу детей. А королева, что королева? Пожурит, по попке нашлёпает. Переживу.

— А мне нравится, я за, — улыбнулся Гарсия. — Нагло. Но если не применять экспресс-методов допроса навроде орудия пыток колумбийских банд, и если при этом смочь таки выбить из подонка признательные показания, то к чертям иммунитет — наши дипломаты из Союза после такого все соки выжмут! Но я надеюсь, ты знаешь, за что берёшься, и у тебя есть план, как разговорить сеньора координатора. — Пронзительный взгляд, прошивающий до самых пяток. Но я понял, он дал добро. А его мнение очень важно, нельзя пренебрегать — сеньор мне спину прикрывает. — Теперь вопрос, что такого эдакого железного нужно им «слить», чтобы Мухариб захотел перетереть лично с координатором? Чем этого сукиного сына напугать до усрачки, а надо его именно напугать, и именно до усрачки?

— Инесс, выручай! — посмотрел на четвёртого и последнего члена нашего маленького оперативного совещания. — Как насчёт покривляться перед камерами?

— Хуан, ты меня знаешь, я сыграю любую роль, — покачала она головой. — Но думать за вас — не ко мне.

— Сможешь изобразить подготовку к общему штурму, яростно его отрицая?

— Да, смогу. — Уверенный кивок.

— Она сможет, но я против, — не согласился сеньор Гарсия. — В версию со штурмом они не поверят. Поймут, что это развод. Штурм нельзя провернуть на ровном месте, ни с чего, без предпосылок. И наша стена заложников не аргумент, вообще никак на это не влияет.

— Присоединюсь, — подтвердил мысль и Лопес. — Какие ещё идеи?