На него установили четыре ракетных аппарата. Причём применили нестандартное решение — два из них выкидывают ракету назад. Предполагается, что в них будет загружено больше противоракет. Укладки расположены стандартно, в бортовых отсеках. Так безопаснее и удобнее заряжать. Обычно в затяжных боях ВКС ракеты успевают перезаряжать по нескольку раз.

У этой модели были огромные дюзы маневровых двигателей, которые для большинства кораблей сошли бы за маршевые. Только эти включаются гораздо быстрее. Имелся и полный комплект орудий, особенно радовали две тяжёлые курсовые рельсы, спрятанные внутри корпуса. Причём на тридцать процентов мощнее тех, что стояли на Банши до замены на древние.

(Примерный вид корабля, может быть чуть массивнее)

Один довольно мощный пульсирующий лазер. Снизу два среднекалиберных магнитных орудия — одно такое есть на Исидзути. Но там больше упор на лазеры и тяжёлые плазменные пушки, которые я так не люблю.

Уже очень серьёзный арсенал, учитывая размер турелей. Но ещё на скошенных бортах в нижней части две лазерных турели поменьше. Реактор даже близко столько не вытянет. Зато это как усиливает залп, так и позволяет не терять так называемый «урон в минуту» при поломке орудий. То есть предельную постоянную орудийную мощь на максимуме выдачи реактора.

Лазеры весят не так много и не требуют подключения боеукладок. Правда хорошие стоят немало, поэтому лишние обычно ставить не рентабельно, но и истребитель безумно дорогой. По размеру он примерно равен Ятагарасу Эша, но превосходит его по всем характеристикам благодаря точной подгонке модулей. Проще говоря — при тяжёлых повреждениях вполне вероятно, что мы этот корабль просто не отремонтируем без очень долгих поисков деталей.

На Коршуне чуть легче: это всё же корвет. И то Фенгу пришлось в узел завязываться, чтобы внешний урон починить, не сделав дерьмо.

— И большой налёт? — спросил я у вышедшего офицера в скафе, который опасливо оглядывался. А ведь я прогнал из ангара всех биороботов.

— Около тысячи часов…

— Шесть недель? — удивился Эш. — Кораблю сколько, месяца три — четыре? Максимум полгода, если в ангаре пыль собирал!

— И, как говорит Курт — проверенная техника! — добавил я, настроение поднялось ещё выше. — Правда он немного другое имеет в виду, но глобальные производственные дефекты уже бы вылезли. Пилот, у которого его забрали, сильно ругался?

Я снова обернулся к растерянному офицеру, который осматривал ангар.

— Эм… безусловно, он был недоволен тем, что его машину кому-то отдают. Но в ближайшее время нас догонит авианосец снабжения, везущий малые корабли взамен тяжело повреждённых в последнем бою.