Я прошёл к месту между станков, где сидел, видимо, технический персонал. И среди них была голубоглазая блондинка в обожжённом инженерном скафе, без шлема и перчаток…
— Анна!
Я бросился к ней, она повернулась ко мне, встав со стула. Лицо было всё более удивлённым. Я обнял её, крепко прижав к себе.
— Наконец…
— Эй, отвали!
Она оттолкнула меня и отвесила пощёчину.
Чего? Что за дерьмо! Да она меня лучше встретила в ангаре Оркуса!
Я сделал шаг назад, недоумённо глядя на шокированную, недовольную Анну. К нам повернулись все присутствующие.
Глава 21 Безумное стечение обстоятельств
Я недоумённо смотрел на блондинку. Точно Анна, я не мог ошибиться. И всё же она меня оттолкнула. Беспокойство сдавливало грудь с новой силой.
— Анна, что случилось?
— Это мой вопрос, ты… а почему ты так поступил?
Она нахмурилась, сердце упало.
— Скажи… что ты помнишь? Это же я… Эрик.
— А-а… мы знакомы? Извини, я плохо помню последние лет… десять, наверное.
Марк не блефовал. Анна жива, но ей стёрли память.
— К-хм, — рядом прокашлялся некто в специальном белом скафе с красным крестом — бортовой медик, — Боюсь, у некоторых людей наблюдаются схожие симптомы. Кирин разработали технологию масштабного стирания долговременной памяти… Но не волнуйтесь, разум и личность при этом каким-то образом не пострадали. Некоторые при штурме сразу же сдались, понимая ситуацию. Это не промывка мозгов, если можно так выразиться.
Я оглядел ещё некоторых людей, собравшихся здесь. Погодите…
— Но это вы устроили диверсию, из-за которой пострадали двигатели Лемнискаты и энергосистема носителя?
— Ну… да, — кивнула Анна, присматриваясь ко мне. — Что-то всплывает… кажется, я тебя где-то видела.
— Типичные следы, мисс Миронова, — подтвердил врач. — При стирании недавних воспоминаний, или когда установленная база данных перекрывает незначительные, остаются фантомы. Со временем мозг восстанавливает отдельные факты и образы.
— Нет, ей не стёрли память, — без сомнений заключил я.
— Это… попрошу, я дипломированный специалист, — врач скептически смерил меня взглядом «солдафон спорит со мной».
— А я разработал нейроинтерфейс, позволяющий управлять кораблями Ксентари, и вытаскивал секреты из мозгов пленных, удалял инородные нейросети. Есть одна техника…
Я начал сыпать терминами, так что лицо медика изменилось.
Это не стирание памяти, а скорее избирательная блокировка. Мозг не обращается к определённым областям напрямую — не «вспоминает» осознанно, хотя помнит. Жуткое средство, если честно!
Анна всё зачарованно смотрела на меня, едва моргая и став тише дышать. Так, надо действовать!