— Вы могли сказать.

— Ты бы поверил?

— … Нет. С трудом и доказательствами, — признал я. — Но с моей стороны…

— Не трать время на пустую болтовню. Я знаю, с тебя и так собирались содрать кучу всего под честное слово, что ты не трогал ядро. Зачем же признаваться, что полез? А установленная в ядре метка опознавания не сработала, пока обыскивали корабль. То ли сломалась, то ли стенки скрытого сейфа не пустили сигнал. Но ты понимаешь, что было бы, если бы ИскИн вырвался?

— Безусловно… правда не понимаю, как это вообще всё могло случится.

Я выдохнул, особо ни на что не надеясь.

— А я тебе должен рассказывать?

Адмирал сощурился, сверля меня взглядом. Я хотел было ответить на риторический вопрос «нет», но Фернандес продолжил.

— В двух словах. Это не совсем ИскИн в оригинальном понимании, а результат проекта «Призрачный разум». Его суть была в том, чтобы оцифровать сознание людей и дать им продолжение в виде виртуальной сущности. Вечную жизнь компьютерного призрака.

Хотел спросить: «а ничего, что вы мне такое говорите?» Но остановил себя — идея вполне понятна и не нова, не несёт в себе что-то переворачивающее мир. Подобные эксперименты проводились в прошлом, да только не достигли успеха.

Вообще ИскИны — тема во многих отношениях сложная. Если заменить себя машинами, то что останется людям? Даже если люди будут главнее, они будут бесполезным придатком цивилизации, где всем управляют железяки. Да чего уж: рисуют картины, пишут музыку и книги! Под запрет ИскИнов попали почти все генеративные модели, оставив только цифровые изображения и звуки антуража, а также ограниченные языковые системы, которые никого не удивляли уже тысячу лет назад ещё до создания технологии РСТ.

Интеллекты умеют грамотно говорить и отвечать на текстовые вопросы, но ввиду ограничений не могут осилить больше пары абзацев связного текста. Конечно, игнорирование запрета на создание и применение таких генераторов — это не нарушение табу на «сильный ИскИн». Но люди не хотели отдавать то, что считали своей прерогативой, железякам.

Но каков этический аспект, если бы в основе лежал человеческий разум? Да, разогнанный, способный написать огромный роман за час. Впрочем, ещё до того, как люди серьёзно задумались над подобным, оказалось, что все эксперименты провалились.

Фернандес прочитал моё лицо.

— Да, ты хотел сказать, что скопированная и симулируемая модель мозга всегда работала немного не так. От полной недееспособности до тотального безумия. Но люди бы не вышли в космос, если бы их останавливали неудачи и трудности. К несчастью для них «Призрачный разум» добился успеха. Я присматривал за обеспечением безопасности. Доброволец был пожилым политиком и доктором экономики. Точнее… доброволец, с которым эксперимент завершился удачно.