— За столько лет наверняка и сам себя убедил в коммунистических идеалах. Это же, наверно, хорошо?

— Наверно. Мама ему подпевает… Но… Андрей, они неискренние. Оба. А ты совершенно другой. Говоришь даже о тех вещах прямо, что выставляют тебя не в самом выгодном свете. Признался, что испугался на станции, что боялся быть схваченным патрулём у «Созвездия». Ты — натуральный, настоящий. Вот почему и прыгаю к тебе на коленки… Но-но, товарищ старший лейтенант, ручки просьба держать при себе, если мама застукает хоть намёк на личную жизнь единственной дочки, никакое тхэквондо не спасёт обоих. Уж больно разные весовые категории.

— Потерплю, с трудом. Убрал ручки. Постой… Мы с тобой одного года?

— Да. Поступила в МГУ в шестнадцать, по папиному блату. В двадцать один закончила. Тем же макаром сразу попала в «Известия», не отрабатывая распределение в районке. Да, в редакции ношусь аж шкура горит и подмётки отлетают, чтоб доказать: что-то стою сама, а не просто дочка цековского Гусакова. Ровно как и ты.

— Оба пострадавшие от величия родителей… Ларис! А покажи ката.

Она наклонила голову и иронично прищурила глаз.

— Сходи как бы в туалет. Он рядом с ванной. Я переоденусь. Жульку можешь оставить, пусть подглядывает.

Андрей специально задержался, дав ей чуть больше времени. Когда вернулся, Лариса сменила джинсы, туго обтягивавшие тонкие ноги, на спортивные трико. Домашние босоножки скинула и осталась с голыми ступнями. Дала ему две боксёрские лапы, сама надела лёгкие перчатки.

— Ката в тхэквондо называется пхумсэ. Но здесь места мало, снесу что-нибудь или Жульку растопчу. Лучше покажу атакующие связки. Подними лапы выше.

Если бы удары попадали в голову и в корпус, а не в лапы, про развилку промолчим, его бы уже увезла «скорая», понял Андрей. Молотила она настолько быстро, что, будь это настоящий поединок, он даже не успел бы попытаться хоть раз ответить. Закончила эффектным прыжком и ударом с ноги.

Позади него распахнулась дверь.

— Опять ты свои глупости… Андрей Юрьевич, хоть вы ей скажите, это не спорт для девушки!

Ираида Павловна, как было обещано, ввалилась без стука, но с претензией.

— Зато если ей вдруг разонравится журналистика, может сниматься в кино. И красавица, и двигается здорово.

— Скажете ещё — заодно и хулиганов в подворотне распугает. Не нашла я в вас единомышленника, молодой человек. Хорошо хоть с тортом «Киевский» угадали. Раз вы уже оба не работаете, а балуетесь, выпьем чаю? Собачка что будет?

— Конечно — выпьем! — охотно согласился Андрей, памятуя инструкцию «мама оценит». — Если можно, пяток микроскопических кусочков сыра для Жульки.