— Плюс ко всему, шаман всерьез опасался того, что завтра вождь мог выставить на поединок его сына. И не хотел этого допустить.

— Ну, тут все ясно. А за что она мстит своим, вам удалось понять? Пусть это сейчас и не слишком важно, но чисто по-человечески интересно. — спросил Виктор.

— Да, в общих чертах. Её покойный муж был искусным и умелым воином. Авторитетным и уважаемым в племени. К его мнению прислушивалось все больше соплеменников. И тогда вождь увидел в нем угрозу своему влиянию. Скорее всего, там не обошлось и без участия шамана. Помимо прочего, муж Кали был лекарем и весьма успешно умел врачевать болезни и раны. Люди шли к нему за помощью даже охотнее чем к шаману.

— Ну, а дальше?

— Его объявили колдуном и…

— Я даже без вашего рассказа знаю, Лак, что было потом, — Анна-Джейн злобно сверкнула глазами, — Его стопроцентно убили. Все, прямо как в нашей родной реальности. Ничего нового.

— Да, вы правы, Анна. Но это не все… Вместе с ним убили и его сына, а дочь бросилась на камни с утеса и разбилась. Но Кали в это не верит. Её дочь была первой красавицей племени и стареющий вождь давно облизывался на эту юную красоту. Скорее всего её изнасиловали и чтобы скрыть позорный факт — убили.

— Да уж… Ну, хорошо, а почему она жаждет убить всех мужчин племени? С вождем и шаманом все ясно, с братом покойного вождя, тоже более-менее объяснимо, а чем провинились все остальные воины?

— Ни один из них не выступил в защиту её мужа. Даже те, кто видел от оклеветанного только добро. Все как один, наоборот, активно поддержали представителей власти.

— Ну, я же вам говорю — все как у нас, под куполом. Эти аборигены, абсолютно такие же безмозглые рабы, как и мы. Власть сказала, что черное это белое — значит так оно и есть. Мир — это война. Свобода — это рабство. Добро — это зло… Рады приветствовать вас в королевстве абсурда: версия два точка ноль… Мы убьем их всех, сестра, — Анна многообещающе улыбнулась их спасительнице, подняв к груди сжатый кулак, — Убьем ведь, Виктор?

— Ну, я вроде как поклялся. На крови. Так что, видимо, придется. Дабы не гневить местных богов клятвопреступлением.

— Ладно — хватит о плохом. Убьем и забудем… А теперь переходим к хорошим новостям. И вообще, с этого самого момента мы будем жить только на позитиве, — бодрой скороговоркой проговорила Анна-Джейн. Тем самым голоском, которым она, когда-то вещала в телеэфире, очаровывая и без того заколдованную аудиторию и лишая её малейших способностей к критическому мышлению.

— Это ты, сейчас, о чем? — на поворачивая головы, поинтересовался у девушки лидер их племени.