Ревущий гул снова разорвал атмосферу.

Взрывы — это красиво.

Но гораздо приятнее, когда ракетами по противнику шмаляешь ты, а не по тебе.

Еще один кусок крепостной стены содрогнулся от ярости огня и начал осыпаться — но только с внешней стороны. Стены у тойгеров слишком толстые, а ракеты у избушки слишком слабые.

Сам шагоход еще не добрался до города, но грохот его шагов и треск деревьев уже прорезался через крики и пальбу.

Кармилла спешит. Она заставила избушку бежать.

И скоро та пнет их по заднице.

Все участники перестрелки на мгновение замерли, вспомнив, что трындец близится.

Змей позволил себе несколько секунд размышлений.

Сражаться дальше или бежать? Пытаться вступить с Кармиллой в переговоры бесполезно. У нее преимущество, и эта кровожадная стерва точно всех перебьет.

Змей принял решение.

Тактическое отступление.

Но он не собирался уводить людей из поселения тойгеров.

Нет, он решил выиграть время — в прямом смысле.

Желтоглазый лидер метнулся через узкий проход на соседнюю улицу. Помчался по тропе, которая вела обратно к храму.

Пока братки стреляли, Саблезубый в замешательстве отсиживался за старой бочкой. Периодически он высовывался из укрытия, но быстро прятал морду обратно. Нет, дело не в трусости. Он слышал яростные крики и выстрелы, но никак не мог выбрать сторону.

Блондин озадаченно смотрел на бывших товарищей.

«Почему они не могут договориться? — звучало у него в голове. — И что мне делать-то? Кого спасать? Кого убивать?»

Решение пришло неожиданно. Его принесла на хвосте ракета.

Он сообразил, что главари будут сражаться, пока не явится шагоход и не прикончит всех. Разделять такую судьбу не хотелось. Трусость или здравомыслие — без разницы. Просто пора валить. Монах вон, уже забрал свою шестерку и умчался через выбитые ворота.

Надо следовать примеру умных людей.

Пока Саблезубый направлялся к мотоциклам, Змей уже добрался до водопадов.

Каменный парапет после ракетного удара частично обрушился. Пейзаж изменился, но воды продолжали шуметь и разбиваться о скалы.

Всю дорогу Змея преследовали выстрелы. Приходилось петлять и пригибаться. Пули вышибали крошево из стен, высекали искры в паре шагов от Змея, разносили глиняные горшки с цветами. Пугали кошек. Да, в городе кошаков еще и обычные кошки есть. Но для удивления времени не нашлось.

Остался последний рывок.

Здесь, перед самым храмом он будет на виду. Но выбора нет, придется рискнуть.

Ворвавшись на площадь, он двинулся к массивным вратам сокровищницы.

— Эй, Змей! — услышал он крик.

Голос Падальщика.

Оборачиваться не стал. Сразу ушел перекатом, и не зря: свинец заплясал по камням.