Впрочем, пистолет-пулемет тоже отправился в кобуру, потому что тратить пули на цепи, а заодно рисковать поранить Сэшу, я не собирался. Просто схватился за золотые цепи и хорошенько дернул.

Звенья, соединенные с вбитыми кольцами, порвались. Золото — мягкий металл. Особенно, если твои мышечные волокна искусственно изменены.

Собрав обе цепи, я сунул их в руки ангорийке.

— Держи приданое, невестушка.

Ангорийка сгребла цепи в охапку и просияла:

— Так я теперь буду твоей невестой, Волк?

— Что? Нет, твою мать! Хватит сбивать меня с толку! Пошли.

Я двинулся к Добрыне. Трицератопс все это время стоял перед жертвенником, как гора, и хмуро взирал на полосатиков.

— Вы никуда не пойдете! — выступила вперед жрица.

Перед ней сразу же взметнулись лианы. Белые тигры зарычали и прижали уши.

— Пойдем, дорогая. И ты пойдешь с нами, — сообщил я.

— Что⁈ — возмутилась жрица.

Но я не слушал. Просто наклонился и подхватил ее. Перебросил через плечо. Когти тут же впились в плащ, но хуже ему уже не будет. А под ним у меня броник, так что царапаться бесполезно.

Тойгерские воины сразу же оскалились и бросились вперед, направляя на нас копья.

— Вели им не лезть или хуже будет, — сказал я.

Но жрица, похоже, отдала противоположный приказ.

И не только своим мужикам.

Белые тигры зарычали и показали массивные зубы.

Один бросился.

Но тут же отлетел, потому что я двинул наотмашь металлической рукой. Остальные собирались последовать его примеру, но их схватили лианы Розочки. Парочку самых ретивых тойгеров — тоже. Все они теперь висели в воздухе и жалобно мяукали.

— Куда Волк хочет их? — спросила Роза.

Я невольно улыбнулся, но ответил почти серьезно:

— Да просто выбрось. Никуда я их не хочу, они ж самцы.

Розочка выполнила приказ буквально. Выбросила. Швырнула, блин.

Но они все кошаки, так что приземлились без травм. Только расстроились.

Пара тигров не усвоила урок.

Одного снова скрутила и отбросила Роза, а второй познакомился с перцовым баллончиком. Я специально сунул парочку в подсумки перед началом мероприятия. Знал же, что у жрицы есть такие защитники. Убивать зверюшек жалко.

Тигр затряс головой, начал чихать и чистить моську лапой. Потом рванул прочь с поднятым хвостом — прям белый флаг капитулянта. Ну, бело-полосатый.

— Отпусти меня! Немедленно! — возмущалась жрица, но я только перебросил ее поудобнее и полез на трицератопса.

— Сэша, за мной!

Ангорийка как раз с любопытством рассматривала Розочку.

— Цветочек, ты так изменился, кити-кити! Я так рада, что ты теперь с ручками, ножками и мозгами! — и полезла обниматься.

— Да, да, она с мозгами. О тебе такого сказать не могу! — бросил я. — Сэша, кому сказано⁈ А ну живо сюда полезай!