Зеленое облако спор понеслось вперед целеустремленной массой — предвкушающей. Я наблюдал, как Джек направляется в сторону Моники, огибая куски искореженного металла и раздробленного бетона. Его движения напоминали бесплотную змею — то ли подчиняющуюся законам физики, то ли пренебрегающую ими полностью.

Моника тоже заметила этот рой светляков.

И начала стрелять в него. Неудивительно. Я бы тоже палил, даже понимая, что это бесполезно.

Автомат разразился очередью, высекая искры из обломков, но Джек просто рассыпался, словно туча мошек, которую разогнал ветер.

Моника явно начинала осознавать, что происходит, и ее гнев уступил место беспокойству. Глаза ящерицы уже не горели бешеным огнем — в них появлялся оттенок страха. Ее выдержки хватило ровно до того момента, пока споры не достигли цели.

— Отойди от меня! — прошипела она. Затем резко вскинула автомат и хлестнула еще одной очередью прямо в облако спор.

Глупая, упрямая ящерица. Джек не тот, кого можно убить свинцом.

Разве что собрать все споры в пластиковый пакет и швырнуть в чан с расплавленным металлом. Но идея с фунгицидами мне нравится больше — она проще, доступнее.

Выстрелы прорывались сквозь него, закручивая искорки резкими порывами воздуха. Споры распадались, но моментально собирались обратно. Он был неуязвим. А главное — настойчив.

— Пошел к черту! — Моника перехватила автомат и метнулась в сторону, чуть ли не кувырком уходя за металлическую перекладину, словно надеялась, что физическое укрытие спасет ее.

Не спасло.

Облако спор обтекло препятствие, совершая плавные, непрерывные движения, вползая в каждый кубометр воздуха, которым она дышала. Моника уже не стреляла — она отбивалась руками, отмахивалась, но бесполезно. В какой-то момент споры достигли ее лица.

Она зашипела громче, начала мотать головой… Я думал, что сейчас случится нечто эпичное или хотя бы крутое. Ну, что Джек просочится ей в мозг и отключит ящерицу. Но нет. Все оказалось банальнее.

Моника начала… чихать…

— А-апчхи! — доносилось из укрытия.

Почти нелепо, даже немного смешно. Она начала чесать нос когтистой лапой, пытаясь выбить из ноздрей мелкие частицы, но Джек уже проник внутрь. Видеть бойца, который только что дрался, как разъяренный зверь, а теперь отмахивался от «пыли»… Мне стало искренне жаль ее. Уязвленная гордость аксидианки пострадала еще больше.

И тут произошел момент, который я не забуду.

Моника, судорожно пытаясь избавить свои носовые проходы от вторжения спор, размахивала руками, рычала, чихала и крутилась… пока не шарахнулась головой о бронированную лапу Скавенжера позади себя.