Тут появился вражеский Дестро…

Хоппер с прыжка рухнул прямо на загривок Гарма, и тут же ускакал.

Грянул взрыв — этот гад прилепил к нам взрывное устройство!

— Да твою же мать! — пулемет дернулся, покрошив двоих из убегавших бандитов.

Третий, вроде бы сам Рокот, успел скрыться в переулке.

На прощание я все же подарил ему пару очередей, а затем развернул ракетницы и взял Хоппера в прицел.

Чертов камикадзе…

БАБАХ! — и нет его.

— Он так красиво разлетелся, кити-кити! — восхитилась кошечка. — Но почему парень в шляпе никогда не дает Сэше пострелять? Ведь я тоже хочу!

— Перебьешься, — буркнул я и развернул Гарма. — Пора возвращаться к избушке.

— А мы можем его ногу забрать на память? — Сэша ткнула в оторванную лапку паучка на экране.

— Зачем?

— Ну как сувенир!

Я застонал.

— Нет.

— Ну пожааалуйста!

— НЕТ.

* * *

Город горел.

Небо над Ходдимиром было черным от дыма, и лишь алые отсветы пожаров разбавляли эту черноту. Улицы, еще пару часов назад заполненные людьми, теперь напоминали раскрошенный скелет — развороченный асфальт, рухнувшие фасады, искореженные машины и всюду копоть.

Сразу вспоминается вторая межконтинентальная.

Рокот бежал.

Его ботинки хлюпали по лужам в подворотне — в этой части города недавно прошел кислотный дождик. За спиной гремели выстрелы — Гарм не отпускал. Пулеметные очереди вырывали куски стен, осыпая его осколками бетона.

— Чертов Волк! — прошипел бандит, спотыкаясь о труп какого-то ксеноса.

Его собственные ребята остались позади. Один лежал лицом вниз — спина превращена в решето. Где умер второй, Рокот даже не понял, заметил только кровавый след, обрывающийся у развороченного фонарного столба.

Он остался один.

Рокот рванул в узкий переулок, едва не падая на скользкие камни. Сердце колотилось так, что казалось, вырвется через ребра.

Выстрелы стихли, но грянул взрыв.

Рокот все же споткнулся и чуть не разбил нос.

Но быстро поднялся и припустил дальше.

Он пробежал еще метров сто, затем резко свернул за угол и прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Грудь горела, на языке ощущался привкус железа.

— Спасся… — прохрипел он.

Но тут же осознал — это не спасение.

Ледоруб не прощает провалов.

Мысль ударила, как нож под ребра. Рокот сгреб руками влажные волосы, представляя, как толстые пальцы босса сжимают его горло.

— Надо бежать, валить из города. Сейчас же.

Он уже собрался двинуться дальше, когда услышал звук.

Шур-шур-шур…

Тихий, шелестящий. Будто кто-то катит по земле мягкие шарики.

Рокот замер.

Из темноты выкатился… меховой комок.

Серый, размером с футбольный мяч, покрытый густой шерстью. Та вся перепачкалась от сырости. Колобок покатился к ногам Рокота, слегка подпрыгивая на неровностях.