— Мы хорошо поработать, — сказала Роза и улыбнулась.

— Да! Мы очень хорошо поработали, кити-кити! — Сэша обняла робота и дриаду, обильно пачкая обоих грязными лапками. — А знаете, чего тут не хватает? Принцессы! Я буду принцессой! надо только сделать корону из ракушек! Волк, ты придёшь спасать меня от дракона?

— Нет, — буркнул я и надвинул шляпу.

Кармилла скользнув взглядом по изгваздавшейся в песке «принцессе», покачала головой и отпила коктейль.

— Нужно хорошенько прополоскать нашу кису, иначе нам влепят штраф за хищение пляжного песка. Лексочка, что там грозит за кражу чужой собственности в особо крупных размерах?

— Штраф в размере до 100 гриндольфов или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, — без запинки отчеканила полицейская. Она лежала на полотенце и обсыхала после купания.

— Зубрилка, — со смаком припечатала Кармилла.

— Да иди ты! — прорычала Лекса и перевернулась на живот, подставляя спину солнечным лучам.

— Лексочка, скажи, — не отставала вампирша. — А каково это? Быть не первой, а шестой? Не единственной, а одной из?

— Ррррр.

Чтобы доконать лейтенанта, Кармилла запела:

Ах ты, красавица шестёрка!

Порой бываешь хороша!

Но как бывает очень часто,

Ты оказалась не нужна!

Робин, покрытый песком и ракушками, выглядел так, будто пережил битву, а не строительство замка.

— Робин, так здорово! Тебе так идут ракушечки, кити-кити! А давайте ещё чем-нибудь тебя украсим! Ты можешь быть принцессой вместо меня!

— НЕТ! — отрезал робот.

Из воды показался макарец и начал планомерное движение в сторону своего шезлонга. Его длинное, угреподобное тело неспешно ползло по песку. Волны мягко обдавали кожу ксеноса, покрытую биолюминесцентными узорами. Он передвигался, опираясь на два щупальца и подтаскивая тело вперед.

И всё бы хорошо, но представители этого вида часто действуют по принципу «вижу цель, не вижу препятствий». Его маршрут пролегал аккурат через центр песчаного королевства, которое почти час возводила Сэша с подсобными рабочими.

— Ой, что вы делаете, кити-кити! Туда нельзя! Мой замо-о-ок!

Не заметив преграды, макарец медленно и неотвратимо прополз по замку, превратив его в унылый влажный холмик.

Сэша начала всхлипывать.

— Волк, так нечестно! Мы же так старались!

Я повернул голову в сторону макарца.

Тот, не заметив причиненных разрушений, продолжил путь к шезлонгу.

Можно сказать, таким макаром.

— Уважаемый, вы кошку обидели, — сказал я.

Макарец наконец остановился, медленно развернул вытянутую голову и уставился на меня мутными глазами. Его кожные узоры замерцали в замешательстве.