— А-а-а-а!

— Думаю, ты уже сам догадался, — равнодушно продолжаю, слегка пнув ногой Бирюзова и немного обесточив его, — что ты можешь испытать любую возможную боль без единой царапины. Потому предлагаю извиниться и сдаться.

Недолгая пауза, в течение которой Бирюзов вздрагивает от импульсов пси-конструкта, передающихся по нервным окончаниям.

— Я…я прошу прощения и сдаюсь! — выдыхает он, скрежеща зубами, и я развоплощаю пси-конструкт. Одновременно гаснет и электрический доспех Бирюзова, который не ожидал, что боль так резко уйдет, и ослабил хватку.

Тут же к боярину бросаются его верные псы и помогают подняться.

— Твоих слов недостаточно, — заявляю я. — Ты — всего лишь младший отпрыск. Я жду извинений от главы рода Бирюзовых. Передай отцу.

Поддерживаемый вассалами, Гоша ничего не говорит, только злобно зыркает на меня. Да и что он может сказать? Сам только что прилюдно извинился, и, значит, признал вину. Ему выгодно сейчас помалкивать: любые опровержения, ответные обвинения, несогласия, оскорбления только унизят его самого.

Отхожу к женам, которые выглядят довольными и расслабленными. Подумаешь, дуэль. Детский сад по сравнению с пережитыми сражениями.

— Данила, я приношу извинения за нарушение условий поединка твоей жены и Степашкина, — подступает к нашему кружку Оксана Митович, виновато опустив голову. — Как организатор вечеринки, я не должна была допустить подобного жульничества. Обещаю, что мой род выдвинет обвинение к Бирюзовым в непотребном поведении.

— Благодарю, Оксана, — улыбаюсь я в ответ.

Чувствую, что это не поможет, но так даже лучше, ибо поддержка Митовичей усилит легитимность моих претензий. У меня есть обязанность вернуть земли Филиновых, а Бирюзовы владеют нехилым их куском. Конфликт с боярами рано или поздно случится. Конечно, открытую конфронтацию с боярским кланом я не потяну, но Охранка ее и не допустит, по крайней мере если сам я не буду ее виновником. Но как оказалось Бирюзовы — приверженцы нечестной игры. И это очень кстати. Поэтому теперь в моих планах раз за разом обвинять Бирюзовых в таких неправомерным поступках, как жульничество, шантажи и нечестное нападение. За каждым обвинением, конечно, будет следовать неминуемое наказание. Это игра в долгую, но она того стоит.

Вечеринка продолжается, хотя народу становится и поменьше — уехал Бирюзов со всеми вассалами, которых оказалось немало. Мы с женами задерживаемся ненадолго. Так надо, чтобы не показывать виду, будто поединок поубавил нам зажигательного настроения. Ох уж эти дворянские обычаи. Никогда нельзя показывать слабину. Глупо-глупо… Я вот, например, очень слаб и совершенно не стесняюсь этого. Слабостей у меня целых две — вкусная еда и бурное либидо. Благо, жены справляются с обеими.