Между тем Камила смотрит испуганными глазами:

— А если я случайно пробужу в себе молнию, Даня? Или огонь? Тогда я умру?

Я успокаивающе беру девушку за руку, и она подается поближе.

— В теории да, но этого точно не случится. Мы же знаем, что новый Дар появляется не спонтанно, а ты его создаешь своим особым воздействием. В Казахстане я проследил, как ты случайно создала зародыш Дара в раненом бойце и видел, какие нейронные цепи задействовались при активации Дарителя. Мне не составит большого труда остановить их функционирование, конечно, временно. В будущем мы должны решить эту задачу и научиться пользоваться твоим Даром, — я предвкушающе улыбаюсь. — Потенциально даритель почти не уступит Легиону, а значит любое ограничение должно быть снято, чтобы наш род стал сильнейшим.

— Ясно, Даня, — сразу расслабляется девушка и садится мне на колени. — Тогда я согласна. Заблокируй, пожалуйста, во мне магию.

— Я сделаю лучше, — усмехаюсь. — Заблокирую только дарителя, на Целительство и Воздух это не повлияет, — касаюсь руки брюнетки, больше для ее успокоения, и проникаю в подсознание своей женщины.

Последние щиты женам ставил я лично, поэтому мне хватает одно волевого усилия, чтобы отодвинуть как заслонку псионическое ограждение Камилы. Согласие супруги получено, и я блокирую опасную именно сейчас сторону Дара брюнетки. Магия управляется мозгом, а если он забудет, как это делать, то и магии больше не получится. Точечно деактивирую локальные узлы в мозговых сетях, нейронные цепочки отгораживаются. Всё. Камила больше не навредит сама себе. По сути, я запретил девушке делать одно определенное действие. Как если бы запретил брать в руки нож или поворачивать шею направо. Только это действие мысленное.

Вообще кто бы мог подумать, что ее потенциал полезности для рода окажется столь грандиозным. Узнай другие графы и князи, что из себя представляет род Енеревых, и за обладание Камилой они бы устроили нешуточную борьбу. Даже сейчас их не остановит то, что она моя жена. Поэтому если всё-таки узнают, им же будет хуже.

— Готово, — рапортую я, откинувшись на спинку кресла, и Камила радостно обнимает меня, с благодарностью что-то воркуя. В ответ погладив ее по длинным волосам, замечаю: — Пойдем глянем, что там Царь нам пожаловал на свадьбу.

На подъезде к военному аэродрому невозможно не заметить огромное воздушное судно. Самолет высотой с четырехэтажку. Огромный, крутобокий как снежный склон. У Камилы глаза загораются, да и я присвистываю. Надо же, очень похож на Ан-124 «Руслан» из моего мира. Самый грузоподъемный в мире воздушный транспортник. Видел я его однажды, тогда моего восторга меньше было по одной причине — «Руслан» был не мой. Хотя и этот, возможно, прилетел не ко мне, но что-то подсказывает: такие подарки в духе нашего Царя. А я ведь только что размышлял, что придется возвращаться в Москву минимум двумя грузовыми самолетами. Ведь в нашей компании прибавилась Мушка. Теперь, выходит, одного «Руси» хватит за глаза.