— Не по своей воле, — тихо-тихо проговаривает Элизсра, оглядываясь по сторонам. Похоже, Ратвер действительно её запугал. Впрочем, из одного лишь страха тоже можно быть неплохим шпионом.

— Тогда дайте мне хоть что-нибудь на Ратвера, — предлагаю. — Он — член Организации, а значит если есть преступления, которые другие Организаторы не одобряют, то его могут взять за холку.

Элизсра замирает, обдумывая.

— Много лет назад ликаны покинули Боевой материк и уничтожили народ альв.

Я ощущаю, как напрягается Лакомка.

— Продолжайте.

— Считается, что ликаны уничтожили всех альв, — сбавив тон, почти шепотом произносит принцесса дроу. — Но это неправда. Правда в том, что это Ратвер организовал нападение на альв, чтобы обменять их в Обители Мучений.

«Мои родные живы⁈ — восклицает Лакомка, но её никто не слышит, кроме меня. — Мои подданные⁈ Мои друзья⁈ Мелиндо, спроси её! Пожалуйста, спроси!»

— На что обменять? — спрашиваю я совсем другое, но не менее важное. Сейчас не до эмоций, да и Лакомку выдавать нельзя. Я пока не могу полностью доверять Элизсре, пускай даже она и даст мне компромат на Ратвера.

— На Пса ликанов, — тихо выдыхает принцесса дроу. — Простите, я больше не могу говорить. Я боюсь. У «волков» острый слух. Свяжитесь со мной позже, если сможете.

Пристыженно опустив голову, принцесса торопится прочь, её шаги быстрые и неровные. А я задумчиво смотрю ей вслед, отмечая её точёную спину. Что у альвов, что у дроу поразительная стройность, словно каждая их мышца идеально вылеплена. Даже в смятении и подавленности они сохраняют свою необыкновенную грацию.

Значит, Пёс. Ну, у ликанов есть только один Пёс. Это багровый зверь Кербер, главный конкурент Золотого Дракона по силе на Боевом материке. Выходит, что пёсик не местный, а заемный, обмененный в некой Обители Мучений. Мда, ну и название.

Я возвращаюсь к Светке и внимательно смотрю на неё. Как там Ратвер сказал? «Её украшение»? Значит, оборотню нужна была не Света, а кто-то из других близких мне девушек, чей запах блондинка носит на себе. Но кто именно? Сегодня Светка надела кучу украшений: серёжки Лакомки, брошь Камилы, браслет с Жартсерками Насти. Подозрение падает в первую очередь на Лакомку, но не только. Даритель Камилы — один из ценнейших Даров в мире, а Настя, между прочим, волчица-оборотень, как и Ратвер.

Блондинка замечает мой изучающий взгляд.

— Даня, у меня что-то не так с платьем? — беспокоится бывшая Соколова, как истинная девушка. — Или с прической?

— Скорее, со всем этим недобалом, — отвечаю, глядя на скуку вокруг. — Думаю, можно отчаливать. Здесь нам больше нечего делать.