— Короче так, — командую зомбированным, — Возвращаетесь в крепость и делаете вид, что ничего не произошло. А ты… — я сканирую ближайшего ракхаса. Нет, этому мозгов не хватит выполнить задачу. Перевожу взгляд на следующего: — Лучше ты, Ахаз, слушай индивидуальное задание. Как только услышите звук филина — пять «уу-гу» подряд — открываете ворота и отключаете купол.

Ракхас чешет репу, пытаясь осмыслить задачу. Я вздыхаю и корректирую приказ:

— Ладно, трех «уу-гу» хватит.

Ахаз всё равно до пяти не умеет считать, как и большинство ракхасов.

На этом инструктаж для зеленых завершен, а чтобы они вернулись домой не с пустыми руками, телепатией привожу им парочку касуль. Ракхасы с добычей отправляются по туннелю в Цитадель Тени, а мы со Змейкой возвращаемся в Тайну Ночи.

Во дворе Мадам Паутина сидит на обломке своей башни в горгоньем облике и машет хвостом:

— Наконец! Я заждалась, король Данила!

— Чего заждалась? — не понял я.

— Многого чего, — она оскаливается и облизывает змеиными языком острые клыки. — Но в первую очередь встречи с моим ухажером, который посмел ранить меня. Когда я смогу отомстить и выпустить ему кишки?

— Тебе бы лучше больше с ним не встречаться. Уж прости за правду, но не ровня ты ему.

— Не страшно, если я умру, — пожимает плечами сумасшедшая «четверка».

Ну приехали. Только еще одного Грандбомжа мне не хватало. А тот, кстати, так и не вынул голову из пушки «Бурана». Видимо, так на штурм Цитадели и поедем, а первый снаряд, который получат ракхасы будет вопящий Грандбомж.

Тут у меня мелькает мысль: а не попробовать ли сдружить Мадам Паутину и Грандбомжа? Конечно, они очень разного характера, но при этом оба психи, авось на этой почве и сойдутся. Один будет постоянно просить убить его, а вторая искренне пытаться это сделать.

В этот момент Лакомка выходит на связь по мыслеречи и докладывает, что у неё возникли сложности с каким-то сиром Энром из свиты лорда Питона.

— Какие сложности?

— Ну я ему руку отгрызла, мелиндо, — смущенно признается главная жена.

— Та-а-ак… А подробнее?

Лакомка передаёт по мыслеречи всю сцену встречи.

— Вообще-то поступила ты правильно, — выношу вердикт. — Но это не отменяет того, что тобой пытались манипулировать интриганы, подославшие Энра.

— Я знаю, — вздыхает Лакомка. — Но я решила, что не могу уронить честь рода и обязана защитить гостей.

— Верно, — киваю я.

Кто-то явно сыграл на её чувстве долга. У альвов ведь принято уважать гостей: если их оскорбляют — сразу решать вопрос радикально, чтобы впредь даже не смели повторять. Что ж, придётся перед штурмом Цитадели заглянуть к Лакомке лично.