— Но он ведь даже не прошёл соответствующее обучение!

— Всё, что мне нужно, он знает и так, а остальное выучит в ходе службы.

После чего великая княжна холодно прошлась взглядом по помощницам, отчего те слегка оробели.

— И на этом вопрос считаю закрытым. Вам ясно?

— Так точно, Ваше Императорское Высочество! — гаркнула жандарма, вновь подскакивая.

А камер-фрейлина склонилась в глубоком поклоне.

— Ну, тогда свободны. И пригласите княжича ко мне.

* * *

Вызов к великой княжне был, с одной стороны, неожиданным, но с другой — вполне ожидаемым, потому что никто, кроме неё, не мог мне ничего внятного о моей дальнейшей судьбе сообщить. Я был почему-то уверен, что она этот вопрос не отдаст на откуп чиновницам, а будет решать сама. Уж точно не после того, свидетелем чему она была на стрельбище. Поэтому, заведённый в её покои адъютаной, я немедленно склонился в традиционном поклоне:

— Ваше Императорское Высочество! Рад вас видеть.

Адъютана немедленно помещение покинула, закрыв за собой дверь, и мы остались с царевной вдвоём.

— Проходи, Святослав, располагайся.

Великая княжна, развалившись на козетке, внимательно наблюдала, как я прошёл к небольшой канапке с резными ножками и фигурной спинкой напротив, но стоило мне коснуться подлокотника рукой, как тут же покачала головой и похлопала по креслу, что стояло прямо возле неё:

— Нет! Сюда!

— Как скажете, Ваше высочество, — не стал спорить я и присел.

А та, с видимым удовольствием пройдясь по моей фигуре взглядом, заявила:

— Смотрю я на тебя и думаю, какой необычный мальчик мне попался. Любой другой, останься мы вот так вдвоём, уже давно бы краснел и смущался, а ты нет. Такой спокойный, такой уверенный в себе. Знаешь, по тому, как человек сидит, по его позе, о нём многое можно сказать. Вдобавок, красивый, прекрасно сложенный и такой талантливый. Представляю, как будут завидовать твоей жене.

— Не спешу, Ваше высочество, — немедленно отреагировал на провокационный вопрос я.

— А почему так? Нет подходящих кандидатур?

— Я бы сказал, нет подходящего настроения, Ваше высочество. Честно признаюсь, мне не хотелось бы заниматься домашним хозяйством и всем тем, что считается для мужчин империи правильным времяпрепровождением. Домохозяин — это совсем не то, кем я бы хотел быть.

— И кем же ты хотел быть? — вновь с интересом спросила великая княжна.

— Генералом, Ваше высочество.

Ольга не стала смеяться, как, возможно, сделала бы на её месте любая другая женщина, скорее, многообещающе задумалась.

— И как же ты собираешься добиваться этого звания? — она чуть прищурилась, а её левая рука словно невзначай легла на подлокотник моего кресла совсем рядом с коленом.