Наконец, ещё один спецэтап — фигурное вождение с ювелирным заездом в бокс, прохождением слалома, разворотом на ограниченном пятаке. На закуску в нём — самое моё нелюбимое упражнение «осторожное торможение». На уровне бампера устанавливается рейка, в двадцати сантиметрах далее — кегля, она чуть ниже рейки. Тормозишь и в конце пути бьёшь в рейку бампером, она должна перелететь кеглю. Если сбил кеглю передком или рейка упала на неё — штраф. За руль всегда садится Шурик, он более аккуратный, я — более скоростной, так и дополняем друг друга.

Вообще, сама система оценки сплошь заточена на наказание, а не поощрение. Проехал чуть быстрее контрольный участок — штраф. Чуть опоздал — штраф. Взял в заезд два запасных колеса вместо положенного одного, тоже, как не сложно догадаться, штраф.

На международных ралли сколько раз наши пацаны меняли КПП на М-412, просто опрокидывая машину на бок и подпирая бревном — полдюжины раз точно, у «москвичей» коробка как картридж, расходный материал. Жигулёвские надёжней на порядок, и на внутренних соревнованиях все основные агрегаты промаркированы. Если поменял, а иначе не продолжить ралли, получи в плечи новый штраф, коль нарушение вылезет на техосмотре после трассы. Кстати, над москвичистами сжалились, порой организуя отдельные заезды для них без «жигулей».

Основную трассу пробега прошли неровно, на двух участках получили штрафы за нарушение средней скорости, косячили и я, и штурман. Шура взял бронзу на упражнениях по фигурному вождению, уже лучше. Вечером прошлись вдвоём по скоростному участку заключительного дня соревнований, записали легенду, официально именуемую стенограммой. А я днём позже поехал без штурмана на шоссейную — участок дороги под Петрозаводском плюс петля по аэродрому.

Старт в порядке места в общем зачёте, у меня — далеко не первое. Ранее утро, дождя нет, но роса лежит с ночи, потому что сентябрь. Прикидываю — с места рвать не буду, пусть на первых кругах асфальт и бетон просохнут.

Рёв моторов, взмах флажка — погнали.

Пацаны в основном такие же молодые как я, практически все до тридцати, сплошь «горячие эстонские парни». То есть настолько медлительные, что забывают перенести ногу с газа на тормоз. У меня в молодом теле, но в старых мозгах, опыта больше, поэтому знаю: со старта в любом случае не стоит гнать на полную катушку.

За двести с лишним кэ-мэ часть конкурентов отсеивается сама. На трассе и рядом с ней валяются битые стёкла, а если организаторы не успели убрать — оторванные части кузова и колёса, только успевай объезжать. Горки автомобильных покрышек, выстроенные у самых бедовых поворотов, местами повалены, и я никогда не понимал отчаянных зрителей, взбиравшихся на верхотуру резиновой баррикады. Если в неё влетит «жигуль» или «москвич» на скорости далеко за сотку, мало не покажется ни машине с водителем, ни горе-болельщику.