Или сказать ей?

Открыл перед Лизой переднюю дверь служебной красной «Рено-5», выхлопотал француженку себе на зиму как испытатель, якобы проверяя пригодность переднего привода к российской зиме. На самом деле просто щадил белую «копейку». Моя девочка садилась во француженку как пани: настоящая иномарка, кого ещё катают на иностранке?

Лучше бы тот 126-й «мерседес», Лизочка, тем более приодетая совместными усилиями, смотрелась бы в нём вполне достойно, упакованная в короткую коричневую норковую шубку и из такого же меха шапку, на ногах чёрные сапожки с золочёными цепочками на голенищах, зимняя юбка оставляет на виду коленки в плотных чулках. Холодно, но ведь знает, хитрюга, что красивые коленки — моя слабость, потакает ей. Умница!

Нет, пока не скажу.

Пока ещё ничто не случилось. Только перспективы. Решение по Белоруссии готовится, но не принято. Даже если Минск для меня срастётся, в текущем году работа по специальности — испытатель и конструктор — для меня отсутствует. Что-то создавать гораздо рациональнее здесь, где опытный коллектив, производственная база, лаборатория. Боюсь, силами КБ Минского автомобильного завода малолитражка если и получится, то никак не меньше чем грузоподъёмностью в восемь тонн!

Не буду девчонку баламутить. Мы встречаемся с августа, близость началась в сентябре. Вопреки предостережениям Яши, шантаж «женись или тебя брошу» пока не намечается. Если я заведу разговор о кольцевании, уверен на 99% — согласится с радостью. Лиза, а не Яша. Один процент оставляю на непредсказуемость женской натуры. В общем, пусть пока всё остаётся как есть.

Она не сделала попытки перебраться ко мне, живя в общежитии, где комната на двоих. Мою конурку облагородила — повесила занавески, а главным образом заставила меня самого привести жильё в более цивильный вид. Появился шкаф, правда, наполовину уже занятый её вещами. Страшная койка с панцирной сеткой выброшена, её место занял широкий диван-кровать. Ну и всякие мелочи изменились, кухонный стол не шатается как пьяный, на нём скатёрка, табуреты крепкие. Даже лампочка под потолком, ранее с «абажуром» в виде газетного кулька, прикреплённого к проводу изолентой, приобрела плафон. В итоге и самому приятнее, и не стыдно девушку привести.

Зашли в квартиру, Лизонька схватила что-то из своих пакетов и заперлась в туалете, опередив меня, тоже туда желавшего, заняв его на добрые четверть часа. Надо бы затопить титан, он с утра слегка остыл. Я поставил чайник, чего-то нарезал к чаю, заменявшее лёгкий ужин. Разложил диван.

Моя дражайшая выпорхнула, наконец, вся из себя лёгкая и весенняя — в коротком зелёном платьице, лёгких туфельках, тонких колготах, подкрашенная. Такой контраст морозу и снегу за окном! Напрашивалась на комплимент и получила его.