— Михаил Анатольевич, но если кто-то, например я, наберёт больше баллов, чем вы — значит он лучше вас? — ехидно спросил Никита.

— Ты сначала набери, птенец наглёныш, — усмехнулся наставник. — Меня на отделении обожают, я же заведующий.

Логично, кончено. Меня тоже очень интересовало это соревнование. Я любил подобного вида вещи.

— Так, по заданиям, — перешёл к главному Зубов. — Боткин пятая шестая и седьмая палаты, новеньких нет. Тарасова девятая и четырнадцатая, в четырнадцатой новенький. Шуклин пятнадцатая и девятнадцатая. Никита — сам знаешь.

— Михаил Анатольевич, я бы сегодня ночное дежурство хотел взять, — заявил я. — Надо навёрстывать.

— Какой хитрый, — возмутился Никита. — Это же поможет тебе с баллами! Я тоже тогда останусь дежурить!

— Какой сегодня ажиотаж на дежурства, — усмехнулся наставник. — Пожалуйста, Шуклин только рад будет. Или вы тоже хотите сегодня остаться?

— Нет, — тут же заверил Павел. — Я домой хочу! Пусть вот эти дежурят.

— Тогда не вижу проблем, — кивнул Михаил Анатольевич. — Дежурьте!

Моё желание остаться на дежурство с соревнованиями никак не было связано. Я даже не подумал, что таким образом можно заработать больше баллов.

Но Никита решил перестраховаться. Пускай, мне это не важно.

Сейчас важно поговорить с отцом Лены. И я отправился в неврологическое отделение.

* * *

Шуклин с самого начала знал, что ничего не получится. Так ещё и текст этот дурацкий… Валера заверил, что эти слова растрогают Боткина, и он простит Павла. Не тут-то было!

Он забился в свою любимую подсобку, и позвонил новому напарнику. Сколько их уже было, если вспомнить!

— Ну как, помирился с Боткиным? — сразу же ответив на звонок, нетерпеливо спросил Валера.

— Да не тут-то было, — фыркнул Шуклин. — Он решил, что я сбрендил. А потом сказал, что извинениями ничего не наладишь. И что надо судить по поступкам.

— Да это же замечательно! — неизвестно чему обрадовался Валера.

Павел снова ничего не понял. Что за странная реакция? Это же наоборот, провал!

— Что тут замечательного? — буркнул он.

— Боткин сказал тебе, что он будет судить по поступкам, — рассудительно ответил Валера. — А ты и сделаешь поступок. Сведёшь его в кафе с главным врачом клиники Эхо Здоровья. Мол это знакомый твоей семьи, и он хотел познакомиться с Боткиным, а ты это устроил.

Голос у Валеры был даже слишком радостный. А Шуклин тем временем в очередной раз ничего не понял.

— У моей семьи нет никакого знакомого главного врача, — на всякий случай предупредил он.

— Паш, ты тупой? — разозлился Ковалёв. — Ты соврёшь. Скажешь Боткину неправду. Якобы ты делаешь хороший поступок. И вы снова друзья. И ты начинаешь капать ему на мозги этим переводом в другую клинику.